Элементы Элементы большой науки

Поставить закладку

Напишите нам

Карта сайта

Содержание
Энциклопедия
Новости науки
LHC
Библиотека
Публичные лекции
Библиотека «Династии»
Избранное
Методология науки
Лекции для школьников
Интервью
В популярных журналах
Из Книжного клуба
Статьи наших друзей
Статьи лауреатов «Династии»
Выставка
Происхождение жизни
Видеотека
Книжный клуб
Задачи
Детские вопросы
Плакаты
Научный календарь
Наука и право
ЖОБ
Поиск в Рунете

Поиск

Архив журнала «Химия и жизнь» за 40 лет!

На 4 CD или 1 DVD



Новости науки

 
23.04
У пещерных насекомых самцы и самки поменялись ролями

21.04
Эволюция фаун разобрана на примере слизней Британии

16.04
Как фитоплазма превращает арабидопсис в зомби

15.04
Эксперимент LHCb окончательно доказал реальность экзотического мезона Z(4430)

14.04
Родич аномалокариса отказался от хищничества






Главная / Библиотека / Избранное версия для печати

Сверхпроводимость

Виталий Лазаревич Гинзбург, Евгений Александрович Андрюшин

Сверхпроводимость

Виталий Лазаревич ГИНЗБУРГ, Евгений Александрович АНДРЮШИН

Сверхпроводимость

Альфа-М, 2006 г.

Явление сверхпроводимости — одно из самых сложных в физике твердого тела. В книге рассматриваются необычные свойства металлов при низких температурах, приводятся примеры их использования в технике и сведения о современных открытиях в физике.


Благодарим Евгения Александровича Андрюшина и издательство «Альфа-М»
за содействие в публикации этой замечательной книги на «Элементах».

К читателю

Как бы мне хотелось передать Вам, уважаемый читатель, свой интерес к тому, как устроен мир! Я вообще считаю себя счастливым человеком — всю жизнь занимался тем, что считал важным и интересным — наукой, физикой. Уже несколько раз рассказывал на встречах с молодыми людьми, как это получилось. Слушали меня всегда с интересом.

Мои школьные годы пришлись на самый, видимо, неудачный период советского среднего образования. От старой школы (гимназий и т. п.) остались здания и отдельные преподаватели. А в остальном царил хаос. В 1931 году, когда я кончил семилетку, на ней всё и обрывалось, девятилетки были упразднены, дальше полагалось идти в фабрично-заводские училища.

Интерес к физике появился уже тогда, и твердо, хотя я и не знаю почему. Очень мне нравилась научно-популярная книга О. Д. Хвольсона «Физика наших дней».

Устроился на работу сначала препаратором, затем лаборантом в лабораторию одного института. В 1933 году был первый «свободный» (т.е. по конкурсу, а не по путевкам) набор на физфак МГУ. Три месяца усиленно готовился с учителями и только так прошел курс за 8-й, 9-й и 10-й классы. Поступил со второго раза, но сразу на второй курс после года заочного. В общем, формально я подготовился, но я убежден, что отсутствие хорошей, нормальной школы самым отрицательным образом сказалось на мне. Если хороший школьник решает 1000 задач по тригонометрии, 1000 задач по логарифмированию, вырабатывает определенный автоматизм, то у меня за плечами было всего 10 или 100 задач, мне это потом мешало. Вспоминаю в этой связи разговор с известным физиком Г. С. Гореликом. Он очень хорошо писал и на мой вопрос: «Почему вы так хорошо пишете?» — ответил вопросом: «Сколько раз в неделю вы писали в школе сочинения?» Я ответил, что раз в две недели, точно не помню. На это Г. С. мне заметил, что он учился в Швейцарии и сочинения писал каждый день.

После окончания физфака в 1938 году меня рекомендовали в аспирантуру, однако раньше аспирантура давала отсрочку от призыва в армию, а тогда уже возникли трудности. В конце концов я оказался одним из последних, кому такую отсрочку дали. А в сентябре 1938 года, когда вопрос о призыве еще висел в воздухе, заниматься рутинной экспериментальной работой, сидеть в темной комнате и гонять насос, естественно, не хотелось и было ни к чему. Вот я и стал пытаться объяснить возможность того эффекта асимметрии, которым занимался (мой диплом был посвящен различию интенсивности излучения каналовых лучей вдоль луча и в противоположном направлении). И пришла такая мысль. Если разложить поле налетающего иона на плоские волны, то эти волны могли бы, казалось, играть ту же роль, что и световые волны, а значит, вызывать индуцированное испускание. Поэтому в направлении движения налетающего иона возбужденный атом за счет индуцированного излучения должен излучать больше, чем в противоположном направлении. Не буду объяснять подробнее.

С этой идеей я подошел к И. Е. Тамму, кажется, 13 сентября — он работал в ФИАНе и читал у нас на физфаке лекции. Мне удалось изложить ему свою идею, и с этого для меня началась новая жизнь. Сама идея оказалась неверной, зато Игорь Евгеньевич поддержал меня, позволил поверить в свои силы.

Считаю, что мне повезло — я потом ушел работать в ФИАН, а не остался на физфаке, где меня считали учеником «реакционных» профессоров. Повезло, что после войны привлекли к работе над атомной бомбой, только потому избежал зачисления в космополиты. Повезло, что всю жизнь занимался интереснейшей работой — исследованиями в области физики. Далеко не всем даже талантливым людям это удалось — кто сгинул в лагерях, кто погиб во время войны, кто просто не вписался в советскую действительность. На фоне истории нашей страны в XX столетии моя собственная история выглядит как весьма удачная. Это везение сыграло немалую роль в том, что я стал физиком теоретиком, причем довольно известным и преуспевающим. Под последним я имею в виду не то, что я стал членом корреспондентом (1953), потом академиком (1966), лауреатом (Ленинской и Государственной премии) и т.п. Всё это достаточно условно, иногда даже полные ничтожества добиваются формально многого. А вот научные результаты — другое дело, это нечто объективное. И здесь я считаю, что получил ряд важных и довольно высокого класса результатов: в области сверхпроводимости, сверхтекучести, сегнетоэлектричества, эффекта Вавилова—Черенкова и переходного излучения, радиоастрономии, происхождения космических лучей, рассеяния света. Полагаю, что и Нобелевская премия (2003) это отражает, хотя она присуждена за исследования в области именно сверхпроводимости. Я вообще считаю, что, с историей присуждения Нобелевских премий стоит познакомиться всем, кто интересуется историей получения и признания научных результатов (значение этого события не следует, однако, переоценивать). Рассчитываю, что в серии книг Фонда удастся издать много материалов на эту тему.

Я очень рекомендую всем, кто собирается избрать науку сферой своей деятельности, всячески расширять свой кругозор и не замыкаться в узкой специальности. Именно с этой целью Фонд «Успехи физики» и затеял издание и распространение книг с условным названием «Библиотека СОИ» (Стратегическая образовательная инициатива).

И остается только пожелать читателям книг нашей библиотеки всяческих благ и успехов.

Искренне Ваш

В. Л. Гинзбург


Комментарии (3)

 


при поддержке фонда Дмитрия Зимина - Династия