Доверчивость и благодарность — наследственные признаки

Альтруизм у пчел и других общественных животных озадачивал Дарвина, однако сегодня это явление уже имеет убедительные эволюционные объяснения, такие как теория родственного отбора и взаимного альтруизма. Но если альтруизм у пчел обусловлен, несомненно, генами, а не воспитанием, то в отношении человека до последнего времени многие предполагали обратное. Изображение с сайта www.nature.com
Альтруизм у пчел и других общественных животных озадачивал Дарвина, однако сегодня это явление уже имеет убедительные эволюционные объяснения, такие как теория родственного отбора и взаимного альтруизма. Но если альтруизм у пчел обусловлен, несомненно, генами, а не воспитанием, то в отношении человека до последнего времени многие предполагали обратное. Изображение с сайта www.nature.com

Две группы исследователей из Швеции и США независимо друг от друга получили похожие результаты в ходе изучения поведения одно- и разнояйцовых близнецов в «играх на доверие». Оказалось, что склонность к альтруизму и кооперативному поведению подвержена индивидуальной изменчивости, причем имеющиеся различия как минимум на 10–20% определяются наследственностью (генами), а не воспитанием и жизненным опытом.

Эволюция альтруизма и кооперативного поведения у общественных животных, включая человека, привлекает в последние десятилетия самое пристальное внимание ученых. На «Элементах» уже опубликовано более дюжины материалов на эту тему. Не в последнюю очередь интерес обусловлен той исключительной ролью, которую играл и продолжает играть альтруизм в эволюции человека (как биологической, так и социальной).

Для объяснения эволюционного становления альтруизма и кооперации предложено несколько теоретических моделей, основанных на разных механизмах и принципах:

1) родственный отбор — помогая родственникам, помогаешь распространению собственных «альтруистических» генов;
2) реципрокный (взаимный) альтруизм — «ты мне, я тебе». Платя добром за добро и злом за зло, одновременно и собственные интересы соблюдаешь, и опять-таки способствуешь распространению «генов альтруизма»;
3) групповой отбор — группы «кооператоров» растут и размножаются, группы эгоистов и обманщиков погибают. Групповой отбор может работать только в том случае, если индивиду для успешного размножения необходимо быть членом успешной группы (многие авторы считают, что условия, необходимые для группового отбора, в природе встречаются редко).

На пчелах, бактериях и других общественных организмах, не способных к социальной и культурной эволюции, изучать становление альтруизма несколько проще, поскольку сразу можно с достаточной долей уверенности предполагать, что разгадка кроется в генах, определяющих поведение, а не в воспитании, культуре, традициях и т. п. С приматами, особенно с человеком, сложнее: здесь помимо обычной биологической эволюции, основанной на отборе генов, необходимо учитывать еще и социальную / культурную эволюцию, основанную на отборе мемов (в данном случае речь идет о таких мемах, как морально-нравственные нормы, правила поведения в обществе и т. п.)

Ясно, что способность к альтруистическому поведению в основе своей «заложена» в наших генах — ведь кооперация была необходима нашим предкам для выживания задолго до того, как они овладели речью и тем самым создали «питательную среду» для быстрого распространения и эволюции мемов. Ясно, что практически любой здоровый человек при соответствующем воспитании способен научиться вести себя более или менее «кооперативно» и «альтруистично». Значит, некий минимально необходимый генетический «базис» альтруизма есть у всех нас — соответствующие гены прочно зафиксировались в человеческой популяции. Однако до сих пор имеется очень мало экспериментальных данных, на основании которых можно судить о том, в какой фазе находится эволюция альтруизма в современном человечестве: то ли «генетический» этап давно закончился, и сегодня актуальными являются только социально-культурные аспекты этой эволюции, то ли эволюция альтруизма продолжается и на уровне генов.

В первом случае следует ожидать, что наследственная изменчивость людей по поведенческим признакам, связанным с альтруизмом, взаимным доверием и т. п., очень мала или вовсе отсутствует, а столь очевидные всем нам различия по уровню доброты и порядочности объясняются исключительно внешними факторами: воспитанием, условиями жизни и разными случайными обстоятельствами.

Во втором случае мы должны ожидать, что эти различия отчасти объясняются также и наследственными факторами, то есть генами. «Отчасти» — потому что роль внешних факторов в становлении человеческой личности слишком очевидна, чтобы кому-то пришло в голову ее отрицать. Вопрос ставится следующим образом: оказывают ли индивидуальные генетические различия хоть какое-то влияние на наблюдаемую вариабельность людей по степени кооперативности, альтруизма и взаимного доверия.

В поисках ответа на этот вопрос две группы психологов и антропологов из Швеции и США независимо друг от друга провели почти идентичные исследования. В обоих случаях для оценки соотношения роли генов и воспитания сравнивалось поведение одно- и разнояйцовых близнецов, а для оценки степени альтруизма и кооперации использовалась классическая «игра на доверие» (см. ниже).

Две группы ученых узнали о существовании конкурентов только тогда, когда все эксперименты были уже проведены и все данные собраны. Вместо того, чтобы писать наперегонки свои статьи и бороться за приоритет, ученые поступили так, как подобает специалистам, изучающим кооперативное поведение — они скооперировались и опубликовали совместную статью. Благо и результаты у них получились очень похожие.

«Игра на доверие», которая в последнее время широко применяется в психологических исследованиях и считается весьма надежным тестом на кооперативность, состоит в следующем. В игре участвуют двое незнакомых людей. Игроки не видят друг друга и играют друг с другом только один раз, поэтому у них нет никаких оснований рассчитывать на благодарность или опасаться мести партнера. Тем самым полностью исключается элемент «реципрокности». Первому игроку («доверяющему») выдается некая сумма реальных денег. Игрок может оставить ее всю себе, а может какую-то часть (или всю сумму) пожертвовать в пользу второго игрока. Пожертвованная сумма утраивается экспериментаторами и вручается второму игроку («благодарящему»). После этого «благодарящий» может оставить себе все деньги, а может какую-то часть передать первому игроку. На этом игра заканчивается.

С точки зрения классической теории игр, самая выгодная стратегия для обоих игроков — это оставить себе все полученные деньги. «Доверяющий», в принципе, мог бы рискнуть и пожертвовать часть денег «благодарящему», рассчитывая на его доброту. Но для благодарящего оптимальной стратегией в этом случае будет ничего не возвращать. Вернув часть денег, «благодарящий» только потерпит убыток, не получив ничего взамен. «Доверяющий», понимая это, должен сообразить, что рисковать нет никакого смысла.

Но так обстоит дело только с точки зрения теории игр, которая учитывает прямые корыстные интересы игроков и пренебрегает более тонкими аспектами мотивации человеческого поведения. Многочисленные эксперименты показали, что реальные люди обычно и «доверяют», и «благодарят», причем порой весьма щедро.

«Игра на доверие» зарекомендовала себя как хороший тест, позволяющий оценивать влияние различных факторов на «доверчивость» и «благодарность». Например, ранее было показано, что у людей повышается уровень окситоцина (одного из «гормонов удовольствия»), когда им оказывают доверие; выяснилось также, что искусственное увеличение уровня окситоцина ведет к росту «доверчивости».

Шведы привлекли к участию в эксперименте 658 человек (71 пару разнояйцовых однополых и 258 пар однояйцовых близнецов), а американцы – 706 (75 пар разнояйцовых однополых и 278 пар однояйцовых). Методики немного различались. В Швеции каждый испытуемый играл в «игру на доверие» с представителем другой близнецовой пары, выигранные деньги получал спустя несколько дней, а «благодарящий» должен был заранее решить, как он отреагирует на ту или иную полученную от «доверяющего» сумму. В Америке испытуемые играли с посторонними людьми, не имеющими близнецов; деньги получали сразу, а «благодарящий» принимал решение лишь после того, как узнавал о решении «доверяющего». Тот факт, что, несмотря на эти различия, результаты получились сходными, подтверждает их надежность.

Сравнение поведения одно- и разнояйцовых близнецов, а также неродственных людей в «игре на доверие» позволило ученым оценить степень влияния на «доверчивость» и «благодарность» следующих трех групп факторов:

1) Генетические факторы. У однояйцовых близнецов все гены полностью идентичны. У разнояйцовых близнецов, как у обычных братьев и сестер, абсолютно идентична в среднем лишь половина генома, а во второй половине могут быть различия по полиморфным локусам. Наконец, у неродственных людей различия могут быть во всех полиморфных локусах.
2) Общие внешние факторы — те условия воспитания, которые являются одинаковыми для близнецов, воспитываемых в одной семье. Ранее высказывалось предположение, что родители могут более «одинаково» воспитывать однояйцовых близнецов, чем разнояйцовых, усиливая тем самым сходство первых и различие вторых. Но это предположение не подтвердилось: было показано, что в тех случаях, когда родители по ошибке считают своих разнояйцовых детей однояйцовыми, это не приводит к увеличению сходства в поведении близнецов.
3) Различающиеся внешние факторы — в эту группу попадают все прочие условия воспитания, жизненный опыт, а заодно и всевозможные случайности и даже неточности и ошибки в проведении эксперимента.

При обработке данных использовались сложные статистические методы, основанные на байесовском анализе (см.: теорема Байеса).

Оказалось, что три группы факторов влияют на степень «доверчивости» в пропорции 0,20 : 0,12 : 0,68 у шведов и 0,10 : 0,08 : 0,82 у американцев; на степень «благодарности» — в пропорции 0,18 : 0,17 : 0,66 у шведов и 0,17 : 0,12 : 0,71 у американцев.

Таким образом, самое большое влияние оказывают «различающиеся внешние факторы» в комплексе со всеми случайностями и ошибками; на втором месте — гены, на третьем — «общие внешние факторы». Применение дополнительных статистических процедур позволило показать, что ролью последних вообще можно пренебречь без особых потерь — модели, объясняющие наблюдаемую вариабельность только на основе генов и «различающихся факторов», справляются со своей задачей ненамного хуже, чем модели, учитывающие все три группы факторов. Однако если исключить из модели гены или различающиеся факторы, «качество» модели снижается очень резко.

Таким образом, наблюдаемые различия по степени «доверчивости» и «благодарности» как минимум на 10–20% предопределены генетически. Это очень серьезный вывод, имеющий далеко идущие последствия. Значит, не все зависит от воспитания и опыта — кое-что осталось и на долю генов. Есть люди, от рождения более склонные доверять другим и вознаграждать за оказанное доверие, и есть недоверчивые от природы, не склонные тратить много ресурсов на выражения благодарности.

Это означает также, что биологическая эволюция альтруизма в человечестве еще не закончена. В популяции сохранился полиморфизм по генам, определяющим большую или меньшую склонность к кооперативному поведению и взаимному доверию. По-видимому, в разных природных, социальных и экономических условиях естественный отбор благоприятствует то доверчивым кооператорам, то недоверчивым эгоистам, и переменчивость этих условий способствует сохранению полиморфизма. Есть и другой вариант объяснения, основанный не на переменчивости условий, а на частотно-зависимом «балансирующем» отборе. Чем больше кругом доверчивых альтруистов, тем выгоднее быть «недоверчивым», паразитируя на чужой доброте; но если паразитов становится много, их стратегия оказывается уже не столь выгодной, да и общество начинает воспринимать их как реальную угрозу и вырабатывать меры для обуздания эгоизма (см.: Альтруизм общественных насекомых поддерживается полицейскими методами, «Элементы», 08.11.2006).

Может показаться, что 10–20% — это пустяк по сравнению с влиянием «различающихся внешних условий». Однако авторы отмечают, что полученные ими оценки влияния генов на «доверчивость» и «благодарность», скорее всего, являются сильно заниженными. Во-первых, в категорию «различающихся внешних факторов» попали все случайности и ошибки. На решение игрока могла повлиять какая-нибудь мелочь — случайно пришедшая в голову мысль, воспоминание, пролетевшая за окном муха и т. п. Если бы каждый испытуемый участвовал в нескольких играх с разными партнерами, результаты почти наверняка показали бы более значительную роль наследственности (а также и «общих внешних факторов»). Но в проведенных экспериментах каждый испытуемый участвовал только в одной игре с одним-единственным партнером.

Во-вторых, использованные учеными статистические модели основывались на предположении об отсутствии ассортативного скрещивания по исследуемым признакам (ассортативное скрещивание — предпочтительное скрещивание генетически сходных особей). Иными словами, предполагалось, что люди с равной вероятностью вступают в брак как с «доверчивыми и благодарными», так и с «недоверчивыми и неблагодарными» партнерами, независимо от того, к какой категории относятся они сами. Если же на самом деле «кооператоры» предпочитают вступать в брак с другими «кооператорами», а эгоисты — с эгоистами, то различия между разнояйцовыми близнецами по «генам доверчивости» в действительности меньше, чем предполагалось в моделях (поскольку их родители более сходны между собой по этим генам). Это должно было привести к занижению полученных оценок роли наследственности (влияние генов частично было интерпретировано как влияние воспитания). Одним словом, весьма вероятно, что в действительности гены обуславливают более 20% имеющихся различий по степени «доверчивости и благодарности».

Авторы отмечают, что специалистам в области гуманитарных наук может показаться неожиданным вывод о том, что генетические различия сильнее влияют на вариабельность кооперативного поведения, чем различия в «общих внешних факторах». Однако это вполне соответствует тем выводам, к которым пришли в последние годы специалисты по генетике поведения. В 2000 году Эрик Туркхеймер сформулировал «три закона генетики поведения» (PDF, 380 Кб), второй из которых гласит, что эффект воспитания в одной и той же семье обычно менее значителен, чем влияние генов.

Все это выглядит довольно неутешительно для родителей: получается, что от воспитания в семье «кооперативные» качества ребенка зависят лишь в очень малой степени. Заметно большее влияние оказывают гены, еще большее — те внешние факторы и жизненный опыт, на которые семья повлиять не может. Практический вывод из этого очень простой. Если вы хотите, чтобы ваши дети были добрыми, лучше не стройте лишних иллюзий о «правильном воспитании», а выбирайте себе доброго брачного партнера — так будет надежнее.

Источник: David Cesarini, Christopher T. Dawes, James H. Fowler, Magnus Johannesson, Paul Lichtenstein, Björn Wallace. Heritability of cooperative behavior in the trust game (весь текст в свободном доступе) // PNAS, March 11, 2008. V. 105. № 10. P. 3721–3726.

Александр Марков


15
Показать комментарии (15)
Свернуть комментарии (15)

  • havoc  | 07.03.2008 | 23:41 Ответить
    "причем имеющиеся различия как минимум на 10-20% определяются наследственностью (генами), а не воспитанием и жизненным опытом."

    Но учитывая, что

    "Различающиеся внешние факторы - в эту группу попадают все прочие условия воспитания, жизненный опыт, а заодно и всевозможные случайности и даже неточности и ошибки в проведении эксперимента."

    имеют от 66% до 82% никак не следует

    "Все это выглядит довольно неутешительно для родителей: получается, что от воспитания в семье 'кооперативные' качества ребенка зависят лишь в очень малой степени. Заметно большее влияние оказывают гены, еще большее - те внешние факторы и жизненный опыт, на которые семья повлиять не может"

    Можно сказать, что на "все прочие условия воспитания и жизненный опыт" семья также может иметь опосредованное влияние, и поэтому гены имеют заметно меньшее влияние чем семья, но важнее то, что
    при такой большой (до 66-82%) ошибке выводы делать не имеет особого смысла.
    Ответить
    • AlexeiM > havoc | 08.03.2008 | 19:26 Ответить
      Prochitaite stat'yu - 66-82% eto ne oshibka - eto variance explained by unshared environment. Raznizu zamechaeete?
      Ответить
    • Berillium > havoc | 15.05.2008 | 11:05 Ответить
      "Можно сказать, что на "все прочие условия воспитания и жизненный опыт" семья также может иметь опосредованное влияние, и поэтому гены имеют заметно меньшее влияние чем семья"
      Полностью согласен - не надо, наверное, так занижать роль воспитания
      Ответить
  • Алексей Гиляров  | 08.03.2008 | 13:22 Ответить
    Говоря о возникновении альтруизма в процессе эволюции нельзя не вспомнить труды выдающегося британского биолога Вильяма Гамильтона William Donald Hamilton (1936-2000). См. о нем: http://en.wikipedia.org/wiki/W._D._Hamilton Именно Гамильтон развил теоретически то, что потом в популярной форме изложил Р.Докинс (Richard Dawkins) в своей прогремевшей на весь мир популярной книжке "Эгоистичный ген" (Selfish Gene).
    Ответить
  • int  | 09.03.2008 | 13:57 Ответить
    В плане кооперации на уровне страны у нас полный провал...
    Ответить
    • Марков Александр > int | 10.03.2008 | 11:31 Ответить
      Мне тоже так кажется (это только впечатление: научно не проверено).
      Ответить
      • PavelS > Марков Александр | 11.03.2008 | 00:08 Ответить
        Да вообще говорят, что русские люди очень эгоистичные и злые. Только очень любят говорить сами себе комплименты - дескать, добрые и душевные.
        Ответить
        • int > PavelS | 11.03.2008 | 19:27 Ответить
          Тут скорее вопрос политикам которые сами себя из бирают за взятки продадут что угодно и превратили страну в бардак.
          Ответить
          • PavelS > int | 13.03.2008 | 00:16 Ответить
            Есть такое мнение, что какой народ, такое и правительство. Неужели наш народ и правда хуже других? Научной проверки не имею, но как это ни печально, эмигранты пишут что да, американцы добрее к своим.
            Ответить
            • Stels_Rus > PavelS | 10.03.2013 | 08:48 Ответить
              Эмигранты уезжают, так как считают, что или здесь плохо, или в США хорошо. Поэтому, вполне вероятно, что они воспринимают новую жизнь через призму своих предрассудков, по-крайней мере, первое время. Значит, судить стоит или по заметкам путешественников, которые просто проехали по стране и не собирались здесь оставаться, или по более поздним свидетельствам.
              Я этим вопросом не задавался, поэтому могу быть не прав — критика приветствуется!
              Ответить
  • PavelS  | 10.03.2008 | 02:00 Ответить
    Самый насущный вопрос: если человек по такой схеме доверяет 1 деньгу, то какое мат. ожидание возвращенной суммы? Т.е. окупается ли доверие на практике, если теория говорит что доверять нельзя? Вопрос ессно не совсем в тему статьи, но таки.
    Ответить
    • Марков Александр > PavelS | 10.03.2008 | 11:30 Ответить
      А вы посмотрите в самой статье (она открыта) - там есть графики, сколько люди дают и возвращают. Насколько помню, американцы чаще всего жертвуют половину суммы и возвращают - тоже половину. Поскольку пожертвованная сумма утраивается экспериментаторами, жертвующий оказывается в выигрыше.
      Ответить
  • Petrov-Uralskiy  | 25.04.2008 | 18:50 Ответить
    Очень интересная заметка. Огромное спасибо. Но у меня возник вопрос по поводу подписи к картинке. "Альтруизм у пчел и других общественных животных озадачивал Дарвина." Я прочитал на днях главу про общественных насекомых из "Происхождения видов". И у меня сложилось впечатление, что Дарвин прекрасно понимал механизмы возникновения альтруистических бесполых особей в ходе естественного отбора. Собственно, он, вероятно, первый в этом разобрался. Действительно ли его озадачивал альтуризм у пчел и других общественных животных? (Я имею в виду, после создания теории эволюции, потому что до этого, конечно, озадачивал.) Откуда эти сведения?
    Ответить
  • Альтер  | 26.04.2011 | 14:38 Ответить
    Понятие альтруизма ввёл французский философ и основатель социологии Огюст Конт.

    «Интеллектуальная эволюция человечества
    Вслед за А. Сен-Симоном Конт разрабатывал идею трёх стадий интеллектуальной эволюции человечества. Изучив весь ход развития человеческой мысли, Конт сделал вывод, что есть некий великий закон, согласно которому каждое из наших главных познаний проходит последовательно через три различных теоретических стадии:
     Теологическая [с древности до 1300 г.] (фиктивная, состояние вымысла) — необходимый, исходный пункт развития человеческого мышления; все явления объясняются на основе религиозных представлений; имеет место господство сверхъестественного, поскольку оно объясняет всё, что представляется аномальным и невозможным; нет самостоятельной идеологии, отличной от религиозной, в мировоззрении слиты светское и религиозное, жизнь проникнута духом насилия, завоеваний.
     Метафизическая [1300-1800 гг.] (абстрактная, состояние отвлечённое) — теологические идеи вытесняются отвлеченными философско-спекулятивными понятиями, «мнимыми сущностями» и выдуманными «первопричинами» — «идеи» Платона, «формы» Аристотеля и схоластов, «общественный договор», «права человека», «субстанция» Спинозы, «вещь в себе» Канта, «абсолютный дух» Гегеля, «материя» материалистов и так далее. Также на этой стадии возникают и получают широкое распространение идеи альтруизма, социальности, позитивной философии, индивидуализма, либерализма и демократии, которые в совокупности с развитием промышленности и науки приводят к разложению и разрушению традиционных верований и прежних порядков. Эта стадия включает Реформацию, Просвещение и Революцию.
     Научная [XIX в.] (положительная, состояние позитивное) — на этой стадии главенствует научное познание, возникает социология и начинают изучаться законы функционирования социальных систем; на основе позитивной философии по-новому реорганизуется общество; на этой стадии разум отказывается от объяснения всех процессов с помощью абстракций и отвлечённых начал, и стремится устанавливать связь между явлениями с помощью наблюдений и рассуждений, находя «неизменные отношения последовательности и подобия»; из общества уходит агрессивность; вместо аристократов и анархистов приходят социократы.»

    Умер Конт в 1857 г., теория Дарвина опубликована в 1859 г. Поэтому исторически мы видим, что термин альтруизм, выведен из человеческих и социальных отношений с присущими им признаками.

    Замечу, что Социоло́гия (от лат. socius — общественный; др.-греч. λόγος — наука) — это наука об обществе, системах, составляющих его, закономерностях его функционирования и развития, социальных институтах, отношениях и общностях.
    Альтруи́зм (лат. Alter — другой) — нравственный принцип, предписывающий бескорыстные действия, направленные на благо и удовлетворение интересов другого человека (людей).

    Да, именно все дело в том, что простые люди обычно понимают под термином альтруист совершенно иное. В теориях же эволюционной этики используется этот термин и для определенных действий бактерий, амеб, насекомых. Явно общественности под ликом его старого понимания вводится новое, что не может не запутывать и вводить в заблуждение. Было ли так необходимо сливать термин, относящийся изначально к человеку с остальными формами жизни на земле, которые расширяют этот термин и фактически меняют в корне его суть?
    В статье Доверчивость и благодарность — наследственные признаки
    http://elementy.ru/news/430688
    Используются так называемые «игры на доверие». В тексте статьи каким то образом сделан вывод, что ««Игра на доверие» зарекомендовала себя как хороший тест, позволяющий оценивать влияние различных факторов на «доверчивость» и «благодарность».»
    Так какие причины и что теория эволюционной этики понимает под этими терминами? Все это не определено ясно и четко. Отсюда нельзя сделать столь строгие выводы, а тем более вводить в заблуждение общественность. К тому же эти ученые могут просто использовать другие термины, если затрудняются точно определить, что есть доверие и благодарность у человека, что есть эгоизм или альтруизм добро или зло, кстати у Фромма есть очень интересные мысли про эти явления. А если они это определили, так почему же молчат???

    Или террорист – это тоже альтруист, исходя из представлений данных ученых эволюционной этики?
    В шапке стать идет следующая фраза:
    «Две группы исследователей из Швеции и США независимо друг от друга получили похожие результаты в ходе изучения поведения одно- и разнояйцовых близнецов в «играх на доверие». Оказалось, что склонность к альтруизму и кооперативному поведению подвержена индивидуальной изменчивости, причем имеющиеся различия как минимум на 10–20% определяются наследственностью (генами), а не воспитанием и жизненным опытом.»
    Александр, вы в своем докладе
    http://evolbiol.ru/altruism.htm
    пишите
    «Такие исследования показали, что склонность к добрым поступкам, доверчивости и благодарности имеет в значительной мере генетическую природу и подвержена наследственной изменчивости у современных людей. Наблюдаемые у людей различия по степени доверчивости и благодарности как минимум на 10–20% предопределены генетически».

    И опять так мы о чем говорим о «играх на доверие», доверчивости и благодарности или альтруизме и кооперации как понимают это ученые? Ученые приравнивают альтруизм=кооперация=доверчивость=благодарность? Ученые понимают под этими общеупотребительными терминами свои сути и признаки явлений необходимые им для теорий или сути которые изначально эти понятия имеют, не умаляя определенную долю субъективности в понимании каждого этого явления прежде всего именно социальной жизни человека???
    И еще термины добро и зло – понятия скорее метафизики и религии чем эволюции: "аллель альтруизма", "добрый аллель", "добренькие альтруисты", "доброта и воинственность" в научной сфере исследований эволюции выглядят как граненные великолепные алмазы вставленные в необработанную дощечку. Выглядит так что эволюционная этика использует терминологию других наук при этом понимая под данными явлениями уже иные сути, что изрядно может путать людей.. Для чего?
    Ответить
  • Альтер  | 18.06.2011 | 21:36 Ответить
    Этого материала не достаточно - суха теория, мой друг а древо жизни зеленеет.

    ---------------------------------------------------------------
    «Игра на доверие» зарекомендовала себя как хороший тест, позволяющий оценивать влияние различных факторов на «доверчивость» и «благодарность».
    Первому игроку («доверяющему») выдается некая сумма реальных денег.
    ----------------------------------------------------------------
    Игра на доверие-это всего лишь игра. Знаете как принято относится к случайным и шальным деньгам?
    ------------------------------------------------------------------
    Во втором случае мы должны ожидать, что эти различия отчасти объясняются также и наследственными факторами, то есть генами. «Отчасти» — потому что роль внешних факторов в становлении человеческой личности слишком очевидна, чтобы кому-то пришло в голову ее отрицать. Вопрос ставится следующим образом: оказывают ли индивидуальные генетические различия хоть какое-то влияние на наблюдаемую вариабельность людей по степени кооперативности, альтруизма и взаимного доверия.
    ------------------------------------------------------------------
    Видя мир не черно-белым во мне восстает такое же неприятие, когда альтруист по сути это радикальная позиция к эгоисту и наоборот и что альтруистом можно быть путем всецелого отрицание себя и своих интересов. Будет альтруистом ли тот, кто даст денег наркоману или алкоголику или просто давая деньги подростку в больших суммах? Все сложнее, человек постоянно перед невыносимым и тяжелым выбором и последствием своих действий, а также их нравственной оценки. Должен ли ты погибнуть на войне и сделать не счастливыми родных и близких и себя конечно же? Или праведен ли подвиг и уместен и оправдан на этот момент? И жизнь, как он ее ценит, чем больше ее любишь, тем тяжелее ее отдать во имя чего-то и если ты это делаешь тем ценнее этот поступок. Смерть жизнелюбивого и сводного человека большая утрата. Да вообще смерть. Слово какое маленькое, а сколько в нем. У Вас там все легко в статье – альтруист, игра на шальные деньги и далекие выводы. Повторюсь все намного сложнее, чем я написали и все имеет удивительно разнообразную гамму вариаций.
    Ответить
Написать комментарий


Элементы

© 2005-2017 «Элементы»