Как напечатать щитовидную железу

Елизавета Кудан, кандидат химических наук,
Ирина Гладкая,
Елена Буланова, кандидат биологических наук,
Юсеф Хесуани,
Владимир Миронов, кандидат медицинских наук,
Лаборатория биотехнологических исследований «3D Bioprinting Solutions» (Москва)
«Природа» №2, 2015

Сотрудники лаборатории «3D Bioprinting Solutions» («Природа» №2, 2015)

Сотрудники лаборатории биотехнологических исследований «3D Bioprinting Solutions». Слева направо: И. С. Гладкая (старший научный сотрудник), Е. А. Буланова (заведующая лабораторией), С. В. Новоселов (директор лаборатории), В. А. Миронов (научный руководитель), А. Ю. Островский (генеральный директор), Ю. А. Смирнова (директор по маркетингу), Ю. Дж. Хесуани (исполнительный директор), Д. В. Фадин (директор по развитию), Е. В. Кудан (старший научный сотрудник), А. Н. Митряшкин (биоинженер), А. Д. Гладнева (лаборант)

Трехмерная биопечать (3D-bioprinting) — одна из самых интригующих и быстро развивающихся в текущем столетии биомедицинских технологий, которая обещает в обозримом будущем решить проблему острой нехватки донорских органов. Для биопечати необходимы: трехмерная компьютерная модель органа, построенная с помощью специальных компьютерных программ CAD (от англ. computer-aided design — автоматизированное проектирование), «биобумага» — гидрогель, удерживающий живые клетки в заданном положении, «биочернила» — способные сливаться между собой тканевые сфероиды, картридж для них и биопринтер — диспенсер, т. е. роботическое раздаточное устройство*.

Разработкой биопринтеров в настоящее время активно занимаются в 16 компаниях 12 стран мира (США, Швейцарии, Австралии, Канаде, Великобритании, Сингапуре, Китае, Германии, Голландии, Франции, Японии и России). Одна из них — наша лаборатория «3D Bioprinting Solutions», где в июле прошлого года был собран первый отечественный биопринтер, а в марте текущего с его помощью планируется напечатать первую органную конструкцию, предназначенную для создания искусственной щитовидной железы. Почему мы выбрали именно этот орган, а не какой-нибудь другой, более оправданный с клинической точки зрения, — например, сердце, почку или легкое? Прежде чем ответить на этот вопрос, поясним, что такое напечатанная органная конструкция и чем она отличается от тканевой, а для начала напомним понятие «орган».

Биопринтер «Фабион» («Природа» №2, 2015)

Мультифункциональный трехмерный биопринтер «Фабион». Три его форсунки предназначены для «биочернил» (тканевых сфероидов или суспензии различных клеток), две другие — для «биобумаги» (биодеградиремых гидрогелей, которые не только фиксируют сфероиды в нужном положении, но и служат питательной средой для клеток)

По определению, орган (от греч. οργανον — инструмент) — это обособленная совокупность различных типов клеток и тканей, объединенных в единую структуру, предназначенную для выполнения общей функции. Состоят органы обычно из рабочей части (паренхимы), образованной функциональными клетками, и поддерживающей оболочки (стромы), включающей капсулу из соединительной ткани и перегородку, по которым идут нервы и сосуды. Большинство органов образовано из повторяющихся структурно-функциональных элементов (например, почка — из нефронов, щитовидная железа — из фолликулов). Ясно, что каждый из них, хоть и выполняет основные функции (нефрон — фильтрует плазму крови, фолликул — синтезирует гормоны), сам по себе не может рассматриваться как целый орган. Для этого, во-первых, таких элементов должно быть много и, во-вторых, они должны быть объединены в обособленную анатомическую структуру с определенной гистологической организацией и единым сосудистым руслом. Мы акцентируем внимание на этих, казалось бы, очевидных критериях в определении органа, потому что нас нередко спрашивают: можно ли считать уже созданные на биопринтерах тканевые конструкции кожи, хряща, сосудов и печени первыми напечатанными органами? В строгом смысле этого слова, конечно, нет, поскольку функциональность таких конструкций, которые также называют тканевыми органоидами, не обеспечена на уровне всего организма. Однако их ценность безусловна, в частности, они могут использоваться в доклинических исследованиях новых лекарственных препаратов, проверки их безопасности [1]. Например, в Organovo (Сан-Диего, США) — лидирующей компании в области 3D-bioprinting — печатают на биопринтере трехмерные образцы ткани печени, которые реагируют на токсины так же, как клетки настоящего органа. Эти образцы оказались эффективнее двухмерных аналогов и недавно прошли проверку в независимых лабораториях. Сейчас компания Organovo ждет одобрения от Управления по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов (Food and drug administration, США), после чего приступит к коммерческой биопечати тканей для производителей лекарств. Это очень важное достижение биотехнологии, поскольку использование трехмерных тканевых образцов позволит быстрее выводить новые лекарственные препараты на рынок, минуя этап их доклинической проверки на животных и повышая эффективность тестирования.

Почему щитовидная железа?

Органы напечатать нельзя, потому что они очень сложные, — утверждают наши оппоненты, скептически относящиеся к технологии трехмерной биопечати органов. Чтобы продемонстрировать ее принципиальную реализуемость, достаточно выбрать относительно простой орган — чем он будет проще, тем выше наши шансы напечатать его в ближайшее время. Щитовидная железа не имеет сложной системы протоков для выведения продуктов ее деятельности. Гормоны поступают прямо в густые сети фенестрированных (т. е. с порами для проникновения крупных молекул) кровеносных капилляров, которые оплетают каждый фолликул.

Анатомическое расположение щитовидной железы человека и микрофотографии ее структурной организации («Природа» №2, 2015)

Схематическое изображение анатомического расположения щитовидной железы человека (слева) и микрофотографии ее структурной организации — кровеносной сети (вверху), визуализированной с помощью сканирующей электронной микроскопии сосудистых коррозионных препаратов, и гистологического среза (окраска гематоксилин-эозином), на котором видны фолликулы, содержащие коллоид и выстланные клетками однослойного эпителия (тироцитами)

Сейчас известно, что эпителиальные фолликулярные клетки (тироциты) щитовидной железы синтезируют тироксин и трийодтиронин, которые регулируют клеточный метаболизм, ростовые и энергетические процессы, а парафолликулярные (C-клетки) — пептидный гормон кальцитонинодин, контролирующий кальциевый обмен и развитие костного аппарата.

Недостаток гормонов (гипотиреоз) может вызвать развитие кретинизма (у детей) или микседемы (у взрослых), а избыток (гипертиреоз, тиреотоксикоз) — разрастание тканей щитовидной железы и образование зоба. Проявления гипотиреоза вполне эффективно лечатся с помощью гормонозаместительной терапии, а вот с зобом не всегда удается справиться консервативными методами и приходится прибегать к хирургическим.

Надо сказать, что удалять щитовидную железу при ее патологическом увеличении врачи начали еще задолго до выяснения ее эндокринных функций. Большая заслуга в том швейцарских хирургов и особенно Т. Кохера (T. Kocher), который в 1909 г. был награжден Нобелевской премией «за работы в области физиологии, патологии и хирургии щитовидной железы». Кохер первым начал имплантировать ее ткань в брюшину пациентов после удаления зоба (тиреоидэктомии), что предотвращало развитие у них микседемы. По мнению историка медицины Т. Шлиха (T. Schlich), это заложило основы развития новой отрасли хирургии — клинической трансплантологии [2].

В 1930-х годах другой нобелевский лауреат, получивший премию «за разработку методов сшивания сосудов и трансплантации кровеносных сосудов и органов», А. Каррель (A. Carrel) вместе с инженером Ч. Линдбергом (Ch. Lindbergh) сконструировал перфузионный аппарат (по сути, первый биореактор). С его помощью им удалось в течение целого месяца поддерживать жизнеспособность (снабжать кровью и кислородом) щитовидной железы вне организма [3]. Впоследствии американский цитолог и онколог Дж. Фолькман (J. Folkman) вводил в изолированную перфузируемую щитовидную железу клетки меланомы, изучая связь между ростом новообразований с их кровоснабжением, что привело к открытию феномена опухолевого ангиогенеза и созданию противораковых препаратов нового поколения [4].

В щитовидной железе могут развиваться различные по происхождению и биологическим свойствам новообразования, в том числе и злокачественные. Во избежание рецидива врачи, как правило, прибегают к тотальной тиреоидэктомии, а возникающий затем дефицит гормонов обычно компенсируют заместительной терапией. Однако синтетические гормоны, которые также используют при гипотиреозе различной этиологии, могут вызывать побочные эффекты (аллергические реакции, нарушения сердечного ритма, нервные расстройства). Решить такого рода проблемы могла бы трансплантология, однако пересадка донорской щитовидной железы (аллотрансплантация) в настоящее время выполняется крайне редко из-за отторжения чужеродной ткани.

Схема ангио-фолликулярной единицы щитовидной железы («Природа» №2, 2015)

Схема ангио-фолликулярной единицы щитовидной железы

В Великобритании есть специальное общество, оказывающее финансовую поддержку исследований по пересадке щитовидной железы. Бывший редактор журнала Thyroid (официального журнала Американской тиреоидологической ассоциации (American Thyroid Association) Т. Ф. Дэвис (T. F. Davies) полагает, что вопрос о пересадке щитовидной железы — это вопрос времени, а не возможности исполнения [5].

Трехмерная биопечать аутологичных (т. е. из клеток пациента) органов позволит решить проблемы не только щитовидной железы. И эти надежды не беспочвенны, какими бы фантастическими они ни выглядели для непосвященных. Как любая новая технология, метод 3D-bioprinting возник не на пустом месте, он вобрал в себя достижения информационных и технических наук, науки о биоматериалах, генетики, биологии развития и клеточной биологии. И, наконец, наступило время, когда мы готовы показать принципиальную реализуемость технологии. Для этой цели мы стремимся не только выбрать наиболее простой орган для биопечати органной конструкции, но и максимально упростить ее анатомию. Чем же можно пренебречь?

Схема упрощенной структуры щитовидной железы с одной входящей артерией и одной выходящей веной («Природа» №2, 2015)

Схема упрощенной структуры щитовидной железы с одной входящей артерией и одной выходящей веной

Очевидно, что, как и настоящая щитовидная железа, ее напечатанная конструкция должна состоять из крупных кровеносных сосудов (артерий и вен) и расположенных между ними ангио-фолликулярных единиц (фолликулов, которые содержат коллоид, выстланы клетками однослойного эпителия, или тироцитами, и оплетены плотной сетью кровеносных капилляров с фенестрированным эндотелием). Понятно, что органная конструкция не будет работать без васкуляризации, т. е. без фабрикации внутреннего сосудистого русла, соединенного с приносящими артериями и выносящими венами. Для наших целей, по-видимому, будет вполне достаточно одной артерии и одной вены. Безусловно, они должны обладать определенными биомеханическими свойствами, которые необходимы для создания безопасных соединений (анастомозов) с кровеносной системой организма. Однако это требование важно, если напечатанный имплантат впоследствии будет пересажен на обычное (ортотопическое) для щитовидной железы место, но этим условием можно пренебречь при гетеротопической имплантации. Известно, что трансплантаты щитовидной железы, помещенные под кожу, в мышцы или под хорошо васкуляризированную капсулу почки, могут выживать и продуцировать гормоны.

Остальными структурными элементами (нервной и лимфатической системами, соединительнотканной капсулой с перегородками, а также С-клетками), которые есть в нормальной щитовидной железе, также пока можно пренебречь для практической реализации задачи. (Заметим, что при пересадке, например, почки нервные волокна перерезаются, что не мешает нормальному функционированию имплантата в организме.)

Естественно, все перечисленные упрощения ни в коей мере не исключают совершенствование сосудистой сети органной конструкции в будущем.

Биофабрикация ангио-фолликулярных единиц

Первый принципиальный вопрос, возникающий еще на этапе создания цифровой модели щитовидной железы, — сколько необходимо ангио-фолликулярных единиц для печати органной конструкции? Вопрос этот напрямую связан с размерами организма, которому будет имплантирована напечатанная конструкция. Диаметр и количество фолликулов в щитовидной железе разных животных уже достаточно хорошо известны. Более того, можно также оценить, скольких фолликулов в тканевом имплантате достаточно для компенсации функции щитовидной железы. В случае использования функционально незрелых или недостаточно дифференцированных фолликулов щитовидной железы [6] их количество должно быть соответственно увеличено в несколько раз. Например, при использовании мышиных эксплантатов щитовидной железы, изолированных на 15 день беременности, по нашим подсчетам, необходимо по крайней мере около 15 тыс. фолликулов.

Другая важная проблема, которую необходимо решить, приступая к биофабрикации in vitro фолликулов щитовидной железы, — это выбор источника большого количества тироцитов.

В настоящее время накоплен большой материал по эмбриогенезу щитовидной железы у различных видов животных [7]. У человека ее зачаток можно определить на ранних стадиях внутриутробного развития. Однако использование эксплантов человеческих эмбрионов для биопечати щитовидной железы до последнего времени рассматривалось как нереальный подход. И не только из-за запретов или этических проблем, но и из-за трудности сбора эмбрионального материала в достаточном количестве для биофабрикации щитовидной железы взрослого размера. Но даже если такой материал удастся собрать, он будет от разных плодов и по сути дела аллогенен, поэтому, несомненно, вызовет иммунное отторжение имплантированной конструкции или потребует дорогой и длительной иммуносупрессивной терапии.

Новые возможности для масштабной продукции тироцитов открыл метод направленной дифференцировки эмбриональных стволовых клеток (ЭСК). Чтобы получить из них функциональные фолликулы щитовидной железы, достаточно временно повысить экспрессию в ЭСК всего двух генов — NKX2-1 и PAX8 [8]. Но у данного подхода есть существенное ограничение — из ЭСК образуются только фолликулярные клетки, а для формирования полноценных ангио-фолликулярных единиц нужны еще и эндотелиальные.

Следующий логический шаг после создания функциональных фолликулов щитовидной железы из ЭСК путем направленной дифференцировки — использование индуцированных плюрипотентных стволовых клеток** (ИПС-клеток) человека. ИПС-клетки не вызывают иммунного ответа, поскольку создаются из клеток самого пациента. Из дифференцированных ИПС-клеток можно формировать самоорганизующиеся микроткани (тканевые органоиды), которые будут служить удобными строительными блоками в технологии биопечати [9].

Наконец, фолликул должен быть не только функционален (т. е. способен синтезировать тироксин), но и оптимально васкуляризирован (т. е. оплетен плотной сетью фенестрированных кровеносных капилляров, обеспечивающих выделение гормонов щитовидной железы непосредственно в циркулирующую кровь). Важно отметить, что функциональность фолликулов может варьировать в зависимости от метода их биофабрикации. Фолликулы, источником которых послужили ЭСК или ИПС-клетки, приобретают сосудистую сеть только за счет эндотелиальных клеток реципиента после имплантации под капсулу почки. Хотя в результате имплантат становится васкуляризированным и достаточно функциональным, напечатанную из таких фолликулов трехмерную тканевую конструкцию нельзя рассматривать как полноценную интегрированную органную конструкцию. В этой связи преимущество получают эмбриональные экспланты щитовидной железы, так как фолликулы, которые можно использовать в качестве строительных блоков, уже васкуляризированы с 15 дня эмбриогенеза. Правда, уровень их функциональности зависит от стадии эмбрионального развития или количества таких стимуляторов фолликулогенеза, как VEGF (Vascular Endothelial Growth Factor — фактор роста эндотелия сосудов) [6].

Васкуляризация органной конструкции щитовидной железы

Проблему васкуляризации тканево-инженерных органов технология биопечати во многом унаследовала от тканевой инженерии. Между тем в последние годы наметился явный прорыв в этой области. Речь, прежде всего, идет об использовании так называемого жертвенного (sacrificial) гидрогеля. Уже несколько авторов убедительно продемонстрировали, что использование жертвенного гидрогеля позволяет печатать тоннели жесткой конструкции, которые в дальнейшем могут быть использованы для эндотелизации, т. е. превращения в сосудоподобные каналы, выстланные изнутри эндотелием [1011]. Расположив ангио-фолликулярные единицы щитовидной железы между двумя такими эндотелизированными каналами и соединив две эндотелиальные системы ангиогенными отростками, вполне реально получить перфузируемую васкуляризированную органную конструкцию щитовидной железы.

Способы васкуляризации напечатанных трехмерных конструкций («Природа» №2, 2015)

Способы васкуляризации напечатанных трехмерных конструкций с использованием жертвенного гидрогеля и принципов самосборки сосудистого эндотелия. Первый способ (верхний ряд): жертвенный гидрогель (выделен желтым цветом на рисунке а) со временем растворяется или удаляется, а в образовавшийся тоннель (б) помещается суспензия эндотелиальных клеток (красные точки на в), из которых впоследствии образуется непрерывный однослойный эндотелий искусственного сосуда (г). При втором способе (нижний ряд) эндотелиальные клетки (д), расположенные в коллагеновом гидрогеле (желтый), собираются в кластеры (показаны в виде скоплений из трех красных точек на е), которые сливаются сначала в микрокапилляры (сфероиды на ж), а затем в единый сосуд, выстланный однослойным эндотелием (з)

В качестве жертвенного гидрогеля может использоваться смесь сахаров (carbohydrate glass — углеводное стекло) [10] или агароза [11], которые либо просто растворяются, либо удаляются механически или с помощью ферментов. Такой весьма привлекательный подход эффективен и легко воспроизводим для создания простых линейных конструкций, но очевидно, что при биофабрикации более сложных трехмерных может произойти неполная эндотелизация. А это чревато возникновением тромбозов и эмболии после имплантации.

В основе другого подхода лежит способность клеток эндотелия к самосборке в капиллярные сети и даже в сосуды большего диаметра. Эндотелиальные клетки, расположенные в трехмерном коллагеновом или фибриновом гидрогеле, при стимуляции ростовыми факторами могут образовывать капиллярные сети с просветом [12]. Последовательное слияние капилляров в замкнутом пространстве эксплантов аллантоиса (зародышевой оболочки) ведет к образованию люминизированных (от англ. lumina — просвет) тканевых сфероидов, способных к дальнейшему слиянию в линейные и ветвящиеся сосудистые трубки. Возможность образования внутри органной конструкции сосудистого русла таким способом подтверждена экспериментально [13], и феномен слияния люминизированных сосудистых тканевых сфероидов может быть эффективно использован для создания перфузируемых кровеносных сосудов при биопечати щитовидной железы. Полученные таким образом трубчатые конструкции не только поддерживают свою геометрическую форму, но и со временем приобретают свойственные сосудам данного диаметра биомеханические свойства. Так, использование всего двух типов тканевых сосудистых сфероидов (с просветами и без), а также суспензии эндотелиальных клеток в гидрогеле способны обеспечить биопечать органной конструкции, которую можно хирургически соединять через сосудистые анастомозы с существующими сосудами реципиента при ортотопической имплантации.

Схема биопечати органной конструкции щитовидной железы («Природа» №2, 2015)

Схема биопечати органной конструкции щитовидной железы (а). Она содержит тканевые сфероиды (б), заполненные васкулизированными фолликулами, капиллярные мостики (в), образуемые путем ангиогенеза, а также люминизированные сосудистые тканевые сфероиды (г). Эндотелиальные клетки окрашены зеленым цветом, гладкомышечные — красным

Оценка функции органной конструкции

Основное условие для выполнения главной функции щитовидной железы (синтез тироксина) — наличие достаточного количества правильно сформированных ангио-фолликулярных единиц. Не менее важно и присутствие богатой сети фенестрированных кровеносных капилляров, оплетающих каждый фолликул и обеспечивающих проникновение гормона тироксина в циркулирующую кровь.

Проверить наличие в органной конструкции развитых ангио-фолликулярных единиц можно с помощью как гистологических, гистохимических и иммуногистохимических исследований с использованием соответствующих антител, так и электронной микроскопии. Однако только эксперименты in vivo могут подтвердить ее функциональность на уровне организма. Прямое доказательство тому — восстановление нормального уровня тироксина в крови после имплантации тканево-инженерной конструкции щитовидной железы (или введения суспензии фолликулов) у животных с экспериментальной гипотрофией.

В настоящее время используются два основных подхода к экспериментальной гипотрофии у лабораторных животных. Первый подход, классический, основан на хирургическом удалении щитовидной железы. Этот подход использовали японские исследователи во главе с Т. Окано (T. Okano) для тестирования функциональности фолликулов щитовидной железы, созданных методом клеточных пластов (cell sheet технология) [14]. Имплантированная тканево-инженерная конструкция щитовидной железы вырабатывала достаточное количество тироксина для поддержания его нормального физиологического уровня в крови, снизившегося после удаления щитовидной железы. Бельгийские ученые под руководством С. Костаглиолы (S. Costagliola) недавно разработали другой подход, который основан на использовании внутриперитонеальных инъекций радиоактивного йода [8]. Имплантация фолликулов щитовидной железы, созданных методом направленной дифференцировки мышиных эмбриональных стволовых клеток, восстанавливала нормальный физиологический уровень тироксина в крови, значительно пониженный в результате инъекций радиоактивного 131I. [8].

Схема эксперимента по оценке функциональности напечатанной органной конструкции щитовидной железы («Природа» №2, 2015)

Схема эксперимента по оценке функциональности напечатанной органной конструкции щитовидной железы. Нормальный уровень (N) гормона тироксина (Т4) в крови сначала снижается путем создания экспериментальной гипофукции с помощью инъекций радиоактивного йода-131 (131I), а затем восстанавливается после трансплантации напечатанной органной конструкции щитовидной железы. На гистологическом срезе белыми стрелками указаны розовые фолликулы щитовидной железы, пересаженные под капсулу почки мыши с экспериментальной гипофункцией щитовидной железы [8]

Главное достоинство обоих подходов в том, что они основаны на объективных количественных критериях — уровне тироксина (Т4) в крови. Кроме того, использование мелких лабораторных животных значительно упрощает и удешевляет процесс биофабрикации функциональных тканевых конструкций щитовидной железы. Размер напечатанной органной конструкции щитовидной железы с достаточной функцией на уровне организма при обоих подходах может быть в пределах нескольких миллиметров.

***

Технология биопечати человеческих органов бурно развивается и от концептуальной стадии и разработки трехмерных биопринтеров стремительно переходит к практической реализации технологии [15]. По нашему мнению, напечатанный орган должен удовлетворять, по крайней мере, трем основным критериям.

Во-первых, такой орган должен быть напечатан роботизированным устройством — биопринтером на основе предварительно разработанной цифровой модели органа или органной конструкции. Во-вторых, напечатанная органная конструкция должна быть аутентична, т. е. состоять из нескольких присущих данному органу типов тканей, быть структурно интегрирована в единое целое и васкуляризирована, т. е. должна иметь внутриорганное сосудистое русло с практической возможностью его перфузии и обеспечения жизнеспособности напечатанной органной конструкции. В-третьих, такая конструкция должна быть функциональна. Иначе говоря, ее имплантация экспериментальным животным должна полностью компенсировать функцию предварительно удаленного или разрушенного каким-либо другим образом органа реципиента.

Следует отметить, что конкретная форма, размеры, геометрия, а также внутренняя организация напечатанной органной конструкции — это безусловно важные, но по сути вторичные параметры. Гораздо существеннее специфическая или аутентичная для конкретного органа тканевая организация. Почка должна состоять из нефронов, а обсуждаемая в данной статье щитовидная железа — из интегрированных внутриорганной сосудистой системой ангио-фолликулярных единиц. Однако главное доказательство — это прямая и объективная демонстрация функциональности напечатанной органной конструкции. Для щитовидной железы после имплантации ее органной конструкции показателем будет служить восстановление нормального уровня тироксина в крови. Размеры напечатанного органа совершенно не важны. Например, для мыши конструкция щитовидной железы может быть чрезвычайно малой. Если в ней есть достаточное количество функционирующих ангио-фолликулярных единиц, вырабатывающих тироксин и обеспечивающих нормальную физиологическую функцию органа в организме, то напечатанная конструкция должна считаться именно органной конструкцией, а не просто тканевой, не микротканью и не тканевым органоидом.

Таким образом, только верифицированная функциональность в организме делает напечатанные трехмерные тканевые структуры конструкциями органного уровня. Нет сомнений в том, что напечатанные человеческие органы в обозримое время станут для нас объективной реальностью, данной нам в ощущениях.


* Подробнее о технологии см.: Миронов В. А. По стопам Гутенберга: трехмерная биопечать органов // Природа. 2013. № 10. С. 3–12. — Примеч. ред.

** Стволовые клетки с индуцированной плюрипотентностью — клетки взрослого организма, которые с помощью метода генетического репрограммирования вернули в эмбриональное состояние. Подробнее см.: Киселев С. Л., Шутова М. В. Репрограммирование клеток: прыжок вверх по лестнице, ведущей вниз // Природа. 2010. № 5. С. 3–10. — Примеч. ред.

Литература:
1. Roth A., Singer T. The application of 3D cell models to support drug safety assessment: opportunities and challenges // Adv. Drug Deliv. Rev. 2014. V. 69–70. P. 179–189. doi:10.1016/j.addr.2013.12.005.
2. Schlich T. The origins of organ transplantation: surgery and laboratory science, 1880s–1930s. NY, 2010.
3. Carrel A., Lindbergh Ch. A. The culture of organs. NY, 1938.
4. Folkman J. Tumor angiogenesis: therapeutic implications // N. Engl. J. Med. 1971. V. 285. P. 1182–1186.
5. Davies T. F. Is thyroid transplantation on the distant horizon? // Thyroid. 2013. V. 23. № 2. P. 139–141.
6. Hick A. C. 1., Delmarcelle A. S., Bouquet M. et al. Reciprocal epithelial: endothelial paracrine interactions during thyroid development govern follicular organization and C-cells differentiation // Dev. Biol. 2013. V. 381. № 1. P. 227–240. doi:10.1016/j.ydbio.2013.04.022.
7. Nilsson M., Fagman H. Mechanisms of Thyroid Development and Dysgenesis: An Analysis Based on Developmental Stages and Concurrent Embryonic Anatomy // Current topics in developmental biology. 2013. V. 106. P. 123–170. doi:10.1016/B978-0-12-416021-7.00004-3.
8. Antonica F., Kasprzyk D. F., Opitz R. O. et al. Generation of functional thyroid from embryonic stem cells // Nature. 2012. V. 491. № 7422. P. 66–71. doi:10.1038/nature11525.
9. Lancaster M. A., Knoblich J. A. Organogenesis in a dish: modeling development and disease using organoid technologies // Science. 2014. V. 345. № 6194. doi:10.1126/science.1247125.
10. Miller J. S., Stevens K. R., Yang M. T. et al. Rapid casting of patterned vascular networks for perfusable engineered three-dimensional tissues // Nat. Mater. 2012. V. 11. № 9. P. 768–774. doi: 10.1038/nmat3357.
11. Bertassoni L. E., Cecconi M., Manoharan V. et al. Hydrogel bioprinted microchannel networks for vascularization of tissue engineering constructs // Lab. Chip. 2014. V. 14. № 13. P. 2202–2211. doi: 10.1039/c4lc00030g.
12. Kamei M., Saunders W. B., Bayless K. J. et al. Endothelial tubes assemble from intracellular vacuoles in vivo // Nature. 2006. V. 442. № 7101. P. 453–456. doi:10.1038/nature04923.
13. Mironov V., Visconti R. P., Kasyanov V. Organ printing: tissue spheroids as building blocks // Biomaterials. 2009. V. 30. № 12. P. 2164–2174. doi:10.1016/j.biomaterials.2008.12.084.
14. Arauchi A., Shimizu T., Yamato M. et al. Tissue-engineered thyroid cell sheet rescued hypothyroidism in rat models after receiving total thyroidectomy comparing with nontransplantation models // Tissue Eng. Part A. 2009. V. 15. № 12. P. 3943–3949. doi:10.1089/ten.TEA.2009.0119.
15. Murphy S. V., Atala A. 3D bioprinting of tissues and organs // Nature Biotechnology. 2014. V. 32. № 8. P. 773–785. doi:10.1038/nbt.2958.


0
Написать комментарий

    Элементы

    © 2005-2017 «Элементы»