Элементы Элементы большой науки

Поставить закладку

Напишите нам

Карта сайта

Содержание
Энциклопедия
Новости науки
LHC
Картинка дня
Библиотека
Методология науки
Избранное
Публичные лекции
Лекции для школьников
Библиотека «Династии»
Интервью
Опубликовано полностью
В популярных журналах
«В мире науки»
«Знание — сила»
«Квант»
«Квантик»
«Кот Шрёдингера»
«Наука и жизнь»
«Наука из первых рук»
«Популярная механика»
«Потенциал»: Химия. Биология. Медицина
«Потенциал»: Математика. Физика. Информатика
«Природа»
«Троицкий вариант»
«Химия и жизнь»
«Что нового...»
«Экология и жизнь»
Из Книжного клуба
Статьи наших друзей
Статьи лауреатов «Династии»
Выставка
Происхождение жизни
Видеотека
Книжный клуб
Задачи
Масштабы: времена
Детские вопросы
Плакаты
Научный календарь
Наука и право
ЖОБ
Наука в Рунете

Поиск

Архив журнала «Химия и жизнь» за 40 лет!

На 4 CD или 1 DVD





Главная / Библиотека / В популярных журналах / «Химия и жизнь» версия для печати

Медленный свет: за фасадом сенсации

Е. Б. Александров, академик РАН,
В. С. Запасский, доктор физико-математических наук
«Химия и жизнь» №2, 2008

Художник П. Перевезенцев. Изображение: «Химия и жизнь»

История эта началась зимой 2003 года, когда к нам обратился наш коллега с вопросом: можем ли мы построить компактное устройство задержки света для решения конкретной технической задачи оптического приборостроения? На принципиальную возможность такого решения вроде бы указывала опубликованная в журнале Physical Review Letters статья под названием «Хранение света в атомных парах» [1]. К этому моменту мы уже слышали о сенсационных опытах Л. Хау из Гарвардского университета [2], в которых было достигнуто снижение групповой скорости света более чем на семь порядков величины — до скорости мотоциклиста. Те опыты, однако, требовали чрезвычайно изощренной экспериментальной техники, в частности температур порядка сотен нанокельвинов — на семь порядков ниже температуры кипения жидкого гелия. В работе же, опубликованной в Physical Review Letters, экзотики не было, эксперименты проводились во вполне «человеческих» условиях — при температуре, близкой к комнатной, система, на которой выполнялись опыты — атомные пары рубидия, — была нам хорошо известна, экспериментальная техника — тоже, так что мы согласились оценить возможность использования этих результатов в практических целях. Статья была опубликована в одном из самых авторитетных и престижных физических журналов, а если к тому же принять во внимание сенсационный характер результатов, то становится понятным, что оснований сомневаться в доброкачественности публикации у нас быть не могло.

Каково же было наше разочарование и удивление, когда мы выяснили, что приведенные в ней экспериментальные данные не содержат ничего нового. Не было получено никаких свидетельств замедления света, так что вопрос о практическом использовании терял смысл. Но еще удивительнее, что эта работа стала чрезвычайно популярной и широко цитируемой и была канонизирована как одна из основополагающих работ по новому направлению квантовой оптики — «медленному свету».

Мы подготовили к печати заметку, в которой изложили свой взгляд на работу Филлипса с соавторами, и попытались опубликовать ее, как это принято, в том самом журнале, где была напечатана критикуемая статья. После годичной переписки с редакцией заметка была окончательно отвергнута. Так как полученные от редакции рецензии представлялись нам необоснованными, мы направили нашу заметку в журнал «Успехи физических наук», где она была опубликована под названием «Легенда об остановленном свете» [3].

При подготовке этой публикации к печати мы детально познакомились с «медленным светом» и обнаружили невысокий уровень этого модного направления современной оптики. Поскольку «медленный свет» во всех своих проявлениях продолжал победно шествовать по страницам самых престижных изданий, мы сочли необходимым сформулировать основные ошибки работ этого направления и привлечь к ним внимание научного сообщества. После публикации нескольких статей, включая критический обзор «В погоне за медленным светом» [4], а также после разговора с президентом Американского оптического общества (OSA) ситуация постепенно начала меняться. Нас стали осторожно цитировать и даже пригласили сделать доклад на тематической конференции OSA «Медленный и быстрый свет» (Солт-Лейк-Сити, 2007), где высказанные нами тезисы встретили открытую поддержку некоторых авторитетных ученых.

Что же такое «медленный свет» в современном понимании этого термина? Чтобы понять, о чем идет речь, нам придется сначала вспомнить, что такое групповая скорость света.

Групповая скорость света

Что такое скорость волны или скорость любого волнового процесса? За время, равное одному периоду (Т), волна перемещается на свою длину (l). Отсюда сразу получаем известную формулу для скорости волны v: v = l/T. Эта формула верна и для света, надо только учитывать, что длина волны света в среде меньше, чем в вакууме, в n раз, где n — показатель преломления среды. Это — фазовая скорость света. Для передачи информации важна так называемая групповая скорость света, которая, в частности, определяет скорость распространения в среде светового импульса. Если показатель преломления среды слабо зависит от длины световой волны, то групповая скорость мало отличается от фазовой. Однако при сильной спектральной зависимости показателя преломления, или, иначе говоря, при сильной дисперсии среды, скорость перемещения светового импульса начинает отличаться от скорости перемещения фазы волны внутри импульса.

Всё это — элементарный курс физики, а незначительные различия между фазовой и групповой скоростью света были важны только для специалистов, занимающихся расчетами и исследованиями распространения оптических сигналов в дисперсионных средах. Ситуация радикальным образом изменилась после первых демонстрационных опытов по «медленному свету». В этих экспериментах аномально высокая дисперсия среды достигалась с использованием недавно открытого эффекта электромагнитно-индуцированной прозрачности [5].

Электромагнитно-индуцированная прозрачность

Рис.1. Типичная схема уровней энергии атомной среды, используемая для наблюдения эффекта электромагнитно-индуцированной прозрачности (так называемая Λ-схема). В вертикальном направлении откладывается энергия состояния, а два нижних уровня разнесены в горизонтальном направлении для наглядности. Изображение: «Химия и жизнь»
Рис. 1. Типичная схема уровней энергии атомной среды, используемая для наблюдения эффекта электромагнитно-индуцированной прозрачности (так называемая Λ-схема). В вертикальном направлении откладывается энергия состояния, а два нижних уровня разнесены в горизонтальном направлении для наглядности. Изображение: «Химия и жизнь»

Эффект электромагнитно-индуцированной прозрачности (ЭИП) наблюдается в условиях воздействия на атомную среду двух резонансных полей с различающимися частотами. Структура энергетических уровней называется Λ-схемой (рис. 1), это два близких нижних состояния и верхнее, которое отстоит от них на энергию кванта оптического диапазона. Поле накачки, или связывающее поле, действует между двумя незаселенными состояниями (2 и 3 на рис. 1) и считается сильным. Слабое поле с частотой в окрестности резонанса 1–3 играет роль зондирующего, или пробного. В этих условиях пробное поле с удивлением «обнаруживает», что среда под действием накачки приобретает новые свойства. Например, исчезает поглощение на переходе из заселенного основного состояния 1 в возбужденное состояние 3. Точное частотное положение точки прозрачности определяется условием равенства разности частот двух оптических полей частоте перехода 1–2.

Другое интересное свойство системы касается спектральной ширины этой области прозрачности, которая, во-первых, зависит от мощности волны накачки, а во-вторых, может быть чрезвычайно малой. Типичный вид спектра пропускания, регистрируемого пробной волной в условиях эффекта электромагнитно-индуцированной прозрачности, изображен на рис. 2а.

Рис. 2. Схематичное изображение спектрального хода коэффициента поглощения (а) и показателя преломления (б) атомной среды, регистрируемых пробным пучком в условиях электромагнитно-индуцированной прозрачности. n0 — резонанс ЭИП прозрачности, то есть частота пробного пучка, при которой разность частот пробного пучка и пучка накачки сравнивается с частотой перехода 1–2 (рис. 1). Изображение: «Химия и жизнь»
Рис. 2. Схематичное изображение спектрального хода коэффициента поглощения (а) и показателя преломления (б) атомной среды, регистрируемых пробным пучком в условиях электромагнитно-индуцированной прозрачности. n0 — резонанс ЭИП прозрачности, то есть частота пробного пучка, при которой разность частот пробного пучка и пучка накачки сравнивается с частотой перехода 1–2 (рис. 1). Изображение: «Химия и жизнь»

Здесь уместно заметить, что эффект ЭИП — это лишь один из семейства эффектов квантовой оптики, в которых на атомную систему воздействуют два поля с близкими частотами. Упрощенно суть этих явлений сводится к следующему. Два световых поля, действующие на атомную систему с энергетической структурой типа Λ-схемы (рис. 1), взаимодействуют с суперпозицией (наложением) состояний 1 и 2 и при достаточно высокой интенсивности опустошают соответствующее суперпозиционное состояние, сконструированное из состояний 1 и 2. В результате система становится прозрачной для комбинации двух световых полей, когда разность их частот сравнивается с частотой перехода между уровнями 1 и 2.

«Медленный свет» на основе эффекта ЭИП

Итак, эффект электромагнитно-индуцированной прозрачности позволяет создать среду с чрезвычайно узким провалом в ее спектре поглощения. Волна накачки, которая радикальным образом влияет на оптические характеристики среды и от интенсивности которой эти характеристики зависят, в данном случае рассматривается как атрибут среды, свойства которой зондируются не возмущающим ее пробным светом. Теперь, если воспользоваться известными соотношениями Крамерса-Кронига, устанавливающими связь между спектром поглощения линейной среды и спектром ее показателя преломления, то мы увидим, что в области этого узкого провала среда демонстрирует чрезвычайно крутой ход показателя преломления. Если эти слова не вызвали у вас учащения пульса и сладостных воспоминаний об экзамене по курсу физики — придется поверить на слово.

Дисперсия такого рода характерна для любых резонансов, и ничего необычного в самом этом нет. Но обычно узкие резонансы в оптических средах имеют вид пиков поглощения, и участок крутой дисперсии (с аномальной спектральной зависимостью) приходится на область сильного поглощения, и поэтому не представляет большого интереса. В эффекте ЭИП, напротив, спектральная особенность среды имеет характер антирезонанса и участок крутой дисперсии находится на частоте прозрачности. Типичная спектральная зависимость показателя преломления среды в области резонанса ЭИП показана на рис. 2б. Сочетание гигантской дисперсии среды с ее прозрачностью и определяет уникальность ситуации.

Эффект «медленного света» наблюдается, когда в качестве пробного поля, действующего в плече 1–3 Λ-схемы (рис. 1), используется световой импульс, спектр которого не выходит за пределы антирезонанса ЭИП. При этом высокая дисперсия среды в сочетании с ее нормальной спектральной зависимостью (то есть возрастанием показателя преломления в сторону роста частоты) обеспечит небывалое снижение групповой скорости света [2]. Достигнутое снижение групповой скорости света вроде бы может представлять значительный интерес для практических приложений. Особую привлекательность этой технике придает возможность управления групповой скоростью пробного света путем изменения интенсивности поля накачки, от которой зависит ширина провала, а следовательно, и крутизна дисперсии. Однако надо учитывать, что снижение групповой скорости света за счет повышения дисперсии показателя преломления неизбежно сопровождается сужением рабочей полосы частот, а значит, и снижением информационной емкости соответствующего оптического канала связи. Это ограничивает перспективы практического использования «медленного света» в устройствах передачи и обработки информации.

Эффект «остановки света»

Нетрудно понять, что снижение групповой скорости на много порядков величины означает пространственное сжатие светового импульса в среде в такое же число раз. Поэтому световой импульс, имеющий в свободном пространстве длину в несколько сот метров, в среде с низкой групповой скоростью сожмется до нескольких десятков микрон. При этом может возникнуть ситуация, когда импульс пробного поля целиком находится внутри среды. Возникает интересный вопрос: что произойдет, если в этот момент выключить волну накачки?

То, что происходит в этом случае, часто называют «остановкой света», поскольку при повторном включении волны накачки после некоторой темновой паузы импульс пробной волны действительно выходит из среды. Однако не следует понимать эти слова буквально. Действительно, с уменьшением интенсивности волны накачки уменьшается ширина антирезонанса ЭИП, повышается крутизна дисперсии и снижается групповая скорость света. Поэтому можно думать, что, когда интенсивность волны накачки падает до нуля, ширина спектрального провала зануляется, групповая скорость обращается в нуль и свет останавливается. Но при сужении провала спектр пробного поля «вываливается» из него и его групповая скорость перестает следовать за шириной провала. Кроме того, к монохроматической волне вообще неприменимо понятие групповой скорости. Наконец, с уменьшением интенсивности накачки до определенной величины рушится исходная модель эффекта ЭИП, предполагавшая это поле сильным. Поэтому экспериментально наблюдаемый факт восстановления пробной волны после временного выключения поля накачки следует толковать иначе. Как именно?

Мы уже отмечали, что две резонансные световые волны, действующие на трехуровневую систему рассматриваемого типа (рис. 1), создают нестационарное суперпозиционное состояние. Эта суперпозиция состояний 1 и 2, в отсутствие световых полей, способна жить длительное время (определяемое распадными свойствами долгоживущих состояний 1 и 2). Можно сказать иначе: в условиях резонанса ЭИП, после выключения полей, действующих на систему, их биения — то есть разность частот — продолжают существовать в виде осциллирующей поляризации среды. Волны выключены, но среда помнит, что в ней происходило, а именно — помнит «разность частот» в виде колебаний своего свойства, поляризации. Если теперь вновь включить поле накачки, то оно, взаимодействуя с этой осциллирующей поляризацией, окажется промодулированным на частоте энергетического зазора 1–2 и породит поле боковой частоты 1–3, которое мы называем пробным. Произойдет «высвобождение» пробного света светом накачки.

Работы по «медленному свету» вызвали повышенный интерес не только в научном сообществе, но и в СМИ. «Остановка света» — как звучит! Возможно, по этой причине значительно возрос спрос на исследования, повысилась заинтересованность ученых в их расширении и одновременно снизилась разборчивость рецензентов. Вскоре после публикаций первых успешных работ по «медленному свету» стали появляться сообщения о том, что аналогичные результаты могут быть получены в значительно более простых экспериментальных условиях. И такого рода сообщения часто придавали исследованиям в области «медленного света» новый импульс ошибочной направленности.

Вырожденная Λ-схема

В статье [1] было предложено наблюдать «медленный свет», а также эффект «остановки света» в условиях «вырожденной» Λ-схемы, когда уровни энергии состояний 1 и 2 (рис. 1) совпадают. Экспериментальная техника была значительно упрощена (рис. 3). В качестве объекта исследований взяли насыщенные пары атомов рубидия при температуре около 60°С. Накачивающий и пробный пучки теперь имели одинаковую частоту и различались по поляризации, чтобы из совокупности нижних состояний с одной и той же энергией выделить два состояния, необходимых для формирования трехуровневой Λ-схемы. На рис. 3б показана упрощенная оптическая схема эксперимента, на входе которой два пучка со взаимно ортогональными поляризациями сводятся с помощью поляризационного светоделителя, а на выходе — таким же путем разводятся. Реально эксперимент ставился еще проще. Авторы использовали только один поляризованный лазерный луч, который рассматривался как луч накачки. Когда требовалось включить импульс «пробного» света, поляризация пучка слегка менялась, что можно было рассматривать как примешивание к пучку накачки пучка пробного излучения с ортогональной поляризацией.

Рис. 3. а — схема уровней энергии атома рубидия, задействованных в эксперименте [1] (схема заимствована из этой работы); б — упрощенная схема использованной экспериментальной установки. Изображение: «Химия и жизнь»
Рис. 3. а — схема уровней энергии атома рубидия, задействованных в эксперименте [1] (схема заимствована из этой работы); б — упрощенная схема использованной экспериментальной установки. Изображение: «Химия и жизнь»

В этих экспериментах была зарегистрирована значительная временная задержка пробного импульса, приписанная снижению групповой скорости света по описанному выше механизму ЭИП. Абсолютное значение этой величины, полученное прямым делением толщины кюветы на временную задержку, составило =1 км/с. Основной результат работы, однако, касался демонстрации эффекта «остановки» или «хранения» света. Действительно, полученные экспериментальные зависимости (рис. 4) на первый взгляд казались убедительными. Из них следовало, что ввиду сильной задержки импульса пробного света в среде пучок накачки можно было выключить, когда пробный импульс длительностью в несколько десятков микросекунд уже полностью вошел в кювету с рубидием, но вышел только частично. Выключая свет накачки в этот момент, авторы якобы «прищемляли хвост» пробного импульса. Включение пучка накачки после некоторой темновой паузы «высвобождало хвост».

Рис. 4. Наблюдение эффекта «остановки света» в кювете с парами рубидия на временных интервалах 100 мкс (а) и 200 мкс (б): кривые 2 и 3 — интенсивности волны пробного импульса на входе и выходе, кривая 1 — интенсивность пучка накачки. Изображение: «Химия и жизнь»
Рис. 4. Наблюдение эффекта «остановки света» в кювете с парами рубидия на временных интервалах 100 мкс (а) и 200 мкс (б): кривые 2 и 3 — интенсивности волны пробного импульса на входе и выходе, кривая 1 — интенсивность пучка накачки. Изображение: «Химия и жизнь»

Ошибочность такой интерпретации оставалась незамеченной потому, что поставленный эксперимент, как казалось, развивал предыдущие работы по «медленному свету». Но обнаруженные явления легко интерпретируются на языке известного эффекта фотонаведенной анизотропии. Суть эффекта сводится к тому, что под действием поляризованного света достаточной интенсивности осцилляторы, соответствующие направлению вектора напряженности электрического поля световой волны, «выжигаются» (насыщаются), а среда просветляется. Такого рода фоточувствительные среды иногда называют поляризационными насыщаемыми поглотителями. Феноменология подобных эффектов единообразна: светоиндуцированное просветление среды в заданной поляризации превращает ее в поляризатор. В соответствии с постановкой обсуждаемого опыта нас будет интересовать динамика эффекта, то есть характер изменения свойств светоиндуцированного поляризатора при изменении интенсивности и поляризации действующего света.

Прежде всего заметим, что процесс формирования в среде фотоиндуцированной анизотропии, связанной с перераспределением населенностей среды, не может быть мгновенным. Иначе говоря, при включении светового пучка превращение среды в поляризатор занимает некоторое конечное время, а при изменении поляризации света поляризатор отслеживает эти изменения с некоторой временной задержкой. Еще полезно иметь в виду, что на свету динамика наведенной анизотропии ускоряется. Вот и все, что требуется для объяснения результатов работы [1].

Рисунок 5а схематично иллюстрирует отклик поляризационного насыщаемого поглотителя на ступенчатый поворот плоскости поляризации действующего света, а рис. 5б — отклик на гладкий поляризационный импульс. Первый рисунок явно демонстрирует релаксационный процесс, определяющий заторможенность отклика среды, а второй — имеет прямое отношение к рассматриваемому эксперименту. Как легко видеть, при импульсной модуляции поляризации падающего света гладкий поляризационный импульс на выходе из среды также будет задержанным, а следовательно, задержанным окажется и его поляризационная составляющая, называемая пробным светом.

Рис. 5. Схематичное изображение отклика поляризационного насыщаемого поглотителя на прямоугольный (а) и гладкий (б) импульс поляризационной модуляции падающего света:  1 — поведение плоскости поляризации падающего линейно-поляризованного светового пучка, 2 — пучка на выходе из среды. Проекция светового поля на горизонтальную плоскость — это то, что авторы [1] называют «пробной» волной. Изображение: «Химия и жизнь»
Рис. 5. Схематичное изображение отклика поляризационного насыщаемого поглотителя на прямоугольный (а) и гладкий (б) импульс поляризационной модуляции падающего света: 1 — поведение плоскости поляризации падающего линейно-поляризованного светового пучка, 2 — пучка на выходе из среды. Проекция светового поля на горизонтальную плоскость — это то, что авторы [1] называют «пробной» волной. Изображение: «Химия и жизнь»

Столь же элементарно описывается эффект «остановки света». В выбранный авторами работы [1] момент выключения пучка накачки импульс поляризации света уже завершился, а светоиндуцированный поляризатор среды в свое исходное состояние еще не вернулся. В темноте, как уже отмечалось, релаксация светонаведенной анизотропии происходит медленно. При этом можно с определенностью утверждать, что поляризующее направление «поляризатора» в процессе этой релаксации не изменится (из-за отсутствия преимущественного направления вращения в пространстве), а качество «поляризатора», конечно, может снизиться (то есть степень его просветления может уменьшиться). В результате после темновой паузы светоиндуцированный поляризатор, застигнутый светом в «неравновесном» поляризационном состоянии, продолжит следовать за поляризацией действующего света, постепенно приближаясь к ней и снижая интенсивность поляризационной компоненты, приписываемой пробному импульсу. В работе [6] мы провели расчеты динамики сигнала в рамках такой простой модели и получили идеальное согласие с экспериментом.

«Медленный свет» и насыщаемый поглотитель

Как и в случае с идеей использования вырожденной Λ-схемы, в поисках новых, более изощренных, подходов к получению «медленного света» авторы новой идеи незаметно забрели в исхоженную область нелинейной оптики [7]. Существует старинный, уже несколько подзабытый эффект нелинейной оптики, состоящий в том, что у светового импульса, проходящего через насыщаемый поглотитель (среду, которая способна просветляться под действием проходящего через нее света), передний фронт поглощается сильнее заднего и все выглядит так, как будто импульс в среде задерживается [8]. Если среда достаточно инерционна, то есть время релаксации ее поглощения велико, то такая задержка может быть сколь угодно большой. Эффект — простой и даже не обязательно оптический. Его можно наблюдать, например, в электрической цепи с нелинейным резистором [9]. Так вот этот самый эффект с помощью ряда дополнительных допущений был интерпретирован довольно замысловатым образом, с привлечением эффекта «выжигания провала» в спектре оптического поглощения. Задержка импульса при этом приписывалась чрезвычайно низкой групповой скорости света, которая рассчитывалась простым делением оптической длины среды на время задержки. Теперь для наблюдения «медленного света» требовалось элементарное оборудование студенческой физической лаборатории. В работе [10] без больших усилий была достигнута «скорость света» в 0,091 мм/с!

Это направление развития «медленного света» трудно критиковать — среди его наблюдений нет ни одного, которое было бы нельзя описать в рамках старой тривиальной модели. Тем не менее оно продолжает развиваться и удивлять нас новыми хорошо забытыми находками (подробнее см. [11]).

Заключение

Оценивая историю «медленного света» в целом, надо прежде всего отделить истинные достижения от мнимых. Снижение групповой скорости света на много порядков величины базируется на открытии способа создания среды с гигантской дисперсией показателя преломления и действительно впечатляет. Но принесет ли что-либо практически полезное этот прорыв — сказать трудно. Пока можно утверждать, что с точки зрения фундаментальной науки эффект «медленного света» ничего нового не принес, а перспективы его прикладного использования в системах обработки и хранения информации, как уже отмечалось, весьма ограниченны.

Что касается мнимых достижений и безграмотных исследований в области «медленного света», то поражает их количество. Мы не имели возможности сравнить долю недоброкачественных работ по «медленному свету» с соответствующей величиной из другой области «переднего края науки» и надеемся, что нам просто не повезло. Но в нашем случае недоброкачественные исследования доминируют.

В целом для науки последних двух десятилетий характерны массовые увлечения ложными сенсациями. Одну из главных причин этого можно усмотреть в резком и сильном снижении финансирования научных исследований в развитых странах, последовавшем после прекращения «холодной войны». Это обстоятельство взвинтило конкуренцию между учеными в борьбе за гранты, что привело к искушению использовать рекламные приемы для привлечения интереса спонсоров. При этом успешные сенсации способствует созданию корпораций, коллективно продвигающих иногда откровенно сомнительные проекты и коллективно обороняющие их от критики, что делает их практически неуязвимыми. По-видимому, именно эти факторы сыграли не последнюю роль в истории с «медленным светом».

Литература:

1. D. F. Phillips, A. Fleischhauer, A. Mair, and R. L. Walsworth. Storage of Light in Atomic Vapor // Physical Review Letters, v. 86, p. 783–786 (2001).
2. Hau L.V., Harris S.E., Dutton Z., Behroozi C.H. Light speed reduction to 17 metres per second in an ultracold atomic gas // Nature, v. 397, p. 594–598 (1999).
3. Е. Б. Александров и В. С. Запасский. Легенда об остановленном свете (PDF, 240 Кб) // «Успехи физических наук», т. 174, №10, с. 1105–1108 (2004).
4. Е. Б. Александров и В. С. Запасский. В погоне за «медленным светом» (PDF, 230 Кб) // «Успехи физических наук», т. 176, №10, с. 1093–1102 (2006).
5. Harris S.E. Electromagnetically Induced Transparency // Physics Today, v. 50 (7), 36 (1997)
6. Козлов Г.Г., Александров Е.Б. и Запасский B.C. «Оптика и спектроскопия», т. 97, 969 (2004).
7. М. S. Bigelow, N. N. Lepeshkin, and R. W. Boyd. Observation of Ultraslow Light Propagation in a Ruby Crystal at Room Temperature // Physical Review Letters, v. 90, 113903 (2003).
8. Selden A.C. Pulse transmission through a saturable absorber // British Journal of Applied Physics, v. 18, p. 743–748 (1967).
9. В. С. Запасский и Г. Ш. Козлов. «Оптика и спектроскопия», т. 104, 000 (2008).
10. Wu P, Rao D.V.G.L.N. Controllable Snail-Paced Light in Biological Bacteriorhodopsin Thin Film // Physical Review Letters, v. 95, 253601 (2005).
11. В. С. Запасский и Г. Г. Козлов. «Оптика и спектроскопия», т. 100, 461 (2006).


Комментировать


 


при поддержке фонда Дмитрия Зимина - Династия