Как по-какчикельски?

Посмотрите на предложения без пропусков (1 и 9–13) и попробуйте выделить в них три главных составляющих: субъект действия, объект действия и глагол. Словосочетания, обозначающие действующих лиц, начинаются с одного и того же слова (артикля).

На какчикельских глаголах имеются показатели числа субъекта и объекта — попробуйте разобраться в том, как они устроены, обратив особое внимание на предложения 10 и 13.

В задании 4 нас просят указать уровень мозговой активности для предложений, точный перевод которых установить не получится: в них встречается лексика, которой не было в предыдущих предложениях. Значит, активность в соответствующих зонах мозга связана не со смыслом предложений, а с чем-то другим — может быть, с их синтаксической структурой?

В какчикельских предложениях мы ожидаем найти соответствия для следующих элементов картинок:

• Действия. Точная расшифровка условных обозначений на картинках для решения задачи не важна, но мы приведём её для удобства объяснения решения:
    ‘толкать’,    ‘бить’,    ‘звать’,
• цвета (синий, белый, красный, чёрный),
• число (один или двое),
• синтаксические роли (субъект или объект).

Заметим, что сказуемым в предложениях, вероятно, является длинное слово, начинающееся на x- (префикс x- в какчикельском соответствует прошедшему времени, но для решения задачи это не нужно). В предложениях 2 и 6, где два участника бьют третьего, совпадает слово xkich’äy, а в предложениях 4 и 7 с глаголом ‘звать’ (при разных конфигурациях участников) есть похожие слова xkoyoj и xeroyoj.

Теперь посмотрим на все предложения без пропусков, которые встречаются в условии и заданиях, и выделим в них сказуемое:

1. Xerunïm ri taq säq ri xar

9. Ri taq säq xkinïm ri q’ëq

10. Xekich’äy ri taq xar ri taq käq

11. Xeruq’etey ri käq ri taq q’ëq

12. Xerachik’aj ri taq säq ri xar

13. Ri taq q’ëq xekitz’ët ri taq säq

Все остальные слова в какчикельских предложениях организованы в сочетания вида ri [taq] X и должны соответствовать действующим лицам на картинках, например двум красным человечкам или одному синему. В лингвистике такие фразы называются именными группами. В рамках задачи все именные группы начинаются со слова ri (это определённый артикль какчикельского языка).

X в конструкции ri [taq] X принимает одно из четырёх значений: säq, xar, käq, q’ëq. Логично предположить, что эти слова обозначают четыре фигурирующих в задаче цвета, а слово taq связано с другим различием между имеющимися именными группами — числом. Это подтверждается данными условия: ri taq säq в предложении 1 — ‘два белых’, ri säq в 5 — ‘белый’, ri q’ëq в предложениях 3 и 4 — ‘чёрный’. В предложениях 2 и 3 оставшийся цвет это käq (красный), а в предложении 1 — xar (синий). Таким образом,

säq ‘белый’

xar ‘синий’

käq ‘красный’

q’ëq ‘чёрный’

Слово taq в именной группе говорит нам о том, что участников соответствующего цвета двое. На самом деле taq — это какчикельский показатель множественного числа.

Вернёмся к структуре глагола. Сравнив все глаголы, присутствующие в задаче, установим, что неизменная часть — корень — находится в конце (nïm, ch’äy или oyoj для предложений 1–10). Их переводы устанавливаются легко: ‘толкать’, ‘бить’ и ‘звать’ соответственно. При этом часть глагола между x- и корнем меняется в зависимости от конфигурации участников. Эта часть состоит из показателя -e- (он может отсутствовать) и одного из двух показателей: -r(u)- или -k(i)-.

x-

∅ -e-

-r(u)- -k(i)-

-nïm ‘толкать’ -ch’äy ‘бить’ -oyoj ‘звать’ -...

Рассмотрим предложения 1–8. В предложениях 2 (‘Чёрные били красного’), 4 (‘Синие звали чёрного’) и 6 (‘Белые били синего’) часть глагола после x- выглядит как -k(i)-; а в предложениях 1 (‘Синий бил белых’) и 7 (‘Красный звал синих’) — как -er(u)-. При этом в первой группе предложений субъект в предложении стоит во множественном числе, а объект в единственном (в русском переводе субъект обозначается именительным, а объект — винительным падежом). Во второй группе, наоборот, во множественном числе стоит объект, а субъект — в единственном.

В предложениях 9–13 мы дважды встречаем новую комбинацию -eki- — именно она должна навести на мысль, что -e- — это показатель, отдельный от -r(u)- и -k(i)-. В задании 3 от нас ждут перевод предложения, где и субъект, и объект стоят в единственном числе. Вероятно, один из этих показателей кодирует число субъекта, а второй — объекта.

Решение принимается по паре -e- vs. нулевой показатель: логично ожидать, что нейтральным числом (без показателя) будет единственное, а не множественное. Тогда -e- должно соответствовать множественному числу объекта, а -k(i)- — субъекта. Получаем следующие соответствия:

	Объект	Субъект
Ед. ч.	∅	-r(u)-
Мн. ч.	-e-	-k(i)-

Перед корнем, начинающимся с согласного, показатели числа субъекта имеют вид -ru- и -ki-, а перед корнем, начинающимся с гласного, — -r- и -k-.

Решение большинства лингвистических задач начинается с установления порядка слов. Здесь же мы ничего не сказали о нём до сих пор: ещё на этапе выделения глаголов было заметно, что в предложениях они стоят на разных позициях. Проверим, не связан ли порядок слов со вторым аспектом задачи — мозговой активностью.

Соотнесём порядок слов в предложениях 1–4 с данными о мозговой активности. Здесь и далее порядок слов обозначается с помощью принятых в лингвистике сокращений: V — глагол, S — субъект, O — объект.

Номер предложения	Порядок слов	Лобная кора (активность)	Слуховая кора (активность)
1	VOS	ниже	выше
2	SVO	ниже	ниже
3	VSO	выше	выше
4	OVS	выше	ниже

Активность в слуховой коре выше, когда первым словом в предложении является глагол. В условии сказано, что более высокая активность в слуховой коре связана с эффектом неожиданности: должно быть, носители ожидают услышать в начале предложения существительное. Хотя каноническим порядком слов в какчикельском считается VOS, порядок SVO действительно встречается чаще.

Отличие, влияющее на активность в лобной коре, менее очевидно. Можно было бы предположить, что это положение объекта относительно субъекта, но такая гипотеза не согласуется с данными об активности. Зато если посмотреть на положение объекта относительно глагола, мы увидим, что в предложениях 1 и 2 объект следует непосредственно за глаголом, а в предложениях 3 и 4 нет — либо объект идёт первым, либо они разделены существительным. Из условия мы знаем, что повышенная активность в лобной коре соответствует более высокой сложности предложения для восприятия. Предположение, что порядок с дополнением сразу после глагола облегчает обработку предложения, не лишено смысла, особенно учитывая особенности какчикеля (падежные показатели на глаголе, а не на именных группах, и абсолютивно-эргативный строй).

Соответствие активности в лобной и слуховой коре таким образом однозначно соотносится с порядком слов в предложении:

			Слуховая кора (активность)
			выше	ниже
			VXY	XVY
Лобная кора (активность)	выше	VS	VSO	OVS
	ниже	VO	VOS	SVO

Это позволяет установить порядок слов в предложениях 5–8:

Номер предложения	Порядок слов	Лобная кора (активность)	Слуховая кора (активность)
5	VSO	выше	выше
6	VOS	ниже	выше
7	OVS	выше	ниже
8	SVO	ниже	ниже

Теперь можно заполнить все пропуски в Задании 1:

Номер предложения	Порядок слов	Предложение	Перевод
1	VOS	Xerunïm ri taq säq ri xar	Синий толкал белых
2	SVO	Ri taq Ri taq xar xkich’äy ri käq	Чёрные били красного
3	VSO	Xkinïm ri q’ëq ri taq käq	Чёрный звал красных
4	OVS	Ri q’ëq xkoyoj ri taq käq	Синие звали чёрного
5	VSO	Xeroyoj ri säq	Красные толкали белого
6	VOS	Xkich’äy ri xar ri taq säq	Белые били синего
7	OVS	Ri taq q’ëq xeroyoj ri säq	Красный звал синих
8	SVO	Ri käq xeruch’äy ri taq xar	Белый бил чёрных

Перейдём к Заданию 2. Предложение 9 переводится единственным образом: из показателя на глаголе следует, что субъект должен быть во множественном числе (‘белые’), а объект в единственном (‘чёрный’). А вот в предложении 10, где во множественном числе и субъект, и объект, вариантов перевода два, так как, не имея данных о мозговой активности, мы не можем сделать вывод о порядке слов. Таким образом:

9. Ri taq säq xkinïm ri q’ëq

10. Xekich’äy ri taq xar ri taq käq

или

Предложение из Задания 3 (‘Синий звал белого’), в свою очередь, имеет четыре варианта перевода на какчикельский — с четырьмя возможными вариантами порядка слов:

1) Xroyoj ri säq ri xar (VSO)

2) Xroyoj ri xar ri säq (VOS)

3) Ri xar xroyoj ri säq (OVS)

4) Ri säq xroyoj ri xar (SVO)

Несмотря на то, что перевести предложения из Задания 4 мы не можем (в них встречаются незнакомые нам глаголы), мозговую активность можно установить по порядку слов. Не получится сделать это однозначно только для активности в лобной коре в предложении 13, так как для него неопределим порядок слов: и субъект, и объект стоят во множественном числе. Ответы на задание:

Номер предложения	Предложение	Порядок слов	Лобная кора (активность)	Слуховая кора (активность)
11	Xeruq’etey ri käq ri taq q’ëq	VSO	выше	выше
12	Xerachik’aj ri taq säq ri xar	VOS	ниже	выше
13	Ri taq q’ëq xekitz’ët ri taq säq	SVO или OVS	неизвестно	ниже

«Элементы» уже писали о психолингвистических экспериментах — в послесловии к задаче «Э-э-э-эксперименты!» подробно разбираются принципы экспериментального дизайна, а задача «Телепатия» знакомит нас с другим фМРТ-экспериментом на активность в разных зонах мозга. Можно вспомнить также эксперимент из задачи «Центр Брока» — он тоже посвящен тому, как мозг обрабатывает синтаксис предложений с переходным глаголом (то есть таких, в которых есть субъект и объект).

Напомним, что психолингвистика и тесно связанная с ней нейролингвистика находятся на стыке лингвистики, психологии и нейронаук. Эти дисциплины изучают связь между языком и когнитивными процессами, главным образом порождение и восприятие речи с точки зрения мозговых механизмов. Например, обработка синтаксических отношений локализована в центре Брока — то есть как раз в лобной коре, в левом полушарии. В задаче мы видим, как активность в этой зоне соотносится с порядком слов.

Какчикельскому синтаксису посвящено сразу несколько психо- и нейролингвистических экспериментов: четыре грамматически возможных порядка слов делают его привлекательным для таких исследований. Среди них были:

• Эксперимент с оценкой приемлемости, в котором замерялось время реакции испытуемых на предложения с порядками VOS и SVO. Акцент в этом эксперименте был сделан на одушевленность объекта, но результаты показали, что, в отличие от порядка слов, одушевленность никак не влияла на время обработки предложений [1].
• Эксперимент с вызванными потенциалами головного мозга (с помощью ЭЭГ). Он также показал, что порядок слов VOS обрабатывается легче остальных, опровергнув тем самым тезис об универсальном предпочтении порядка «субъект перед объектом» в языках мира, высказанный ранее на основании данных других языков [2].
• Эксперимент с айтрекингом и БИК-спектроскопией: подробнее исследовались причины того, почему самый легкий для восприятия порядок (VOS) не совпадает с самым распространенным в какчикельской речи порядком (SVO), и от чего зависит выбор между ними. Этот эксперимент тестировал не понимание речи, а порождение — как и эксперимент из задачи, с помощью описания картинок. Более частое употребление порядка SVO авторы объясняют большей концептуальной значимостью субъекта [3].
• Два ФМРТ эксперимента: один посвящен обработке предложений и приходит к тем же выводам, что и эксперимент с ЭЭГ [4]. Второй — это эксперимент на порождение предложений, представленный в задаче [5]. Статья, в которой он опубликован, называется «Разделение эффектов скрэмблинга и топикализации в лобной и слуховой коре». Ниже мы познакомимся со значением этих терминов.

Прежде чем рассказать об этом эксперименте подробнее, мы предлагаем прочитать вставку об особенностях какчикельского и его месте среди других майянских языков.

Территория современной Гватемалы была ядром цивилизации майя, которая распространялась по всей Мезоамерике. В XVI веке большая часть этих мест была захвачена испанскими конкистадорами. Индейские племена сопротивлялись колонизаторам до конца XVII века. Так, самое мощное сопротивление испанцам оказало племя киче, до сих пор остающееся крупнейшим индейским племенем Гватемалы — именно с этим племенем связано название киче-мамской ветви майянских языков, к которой относится и какчикельский. В первой половине XIX века Гватемала и другие испанские колонии добились независимости.

Языковое древо майянских языков (какчикельский выделен сиреневым цветом). Источник: Википедия

Сегодня в Гватемале, как и в большинстве стран Центральной и Южной Америки, испанский является официальным и самым распространенным языком. Помимо него, в Гватемале говорят на 22 майянских языках, а также двух языках других языковых семей (гуасакапанский и гарифуна). Какчикели являются третьим по распространенности коренным народом, а все индейцы группы майя составляют около 40% населения страны.

Индейские языки Гватемалы на карте страны. Источник: Википедия

На какчикельском языке сохранились исторические документы, в частности «Летопись какчикелей», написанная на рубеже XVI–XVII вв. В настоящее время в отношении какчикеля и других коренных языков Гватемалы проводится политика ревитализации, то есть поддержки языка, находящегося под угрозой исчезновения (подробнее о ревитализации в лингвистике можно прочитать в послесловии к задаче «Мэнсплейнинг»).

«Летопись какчикелей». Источник: Medium

Меню на какчикельском языке, 2013. Источник: Википедия

В 2015 году впервые был снят фильм на какчикельском языке — «Вулкан Ишканул». Фильм, затрагивающий социальные проблемы современной Гватемалы, собрал самое большое число наград в истории кинематографа Центральной Америки. Ниже представлен его трейлер — вы можете послушать, как звучит какчикельский:

Как и многие майянские языки, какчикельский содержит непривычные для нашего уха согласные: например глоттализованные (образованные с помощью смыкания голосовых связок) и увулярные (образованные с помощью увулы — небного язычка). Из грамматических особенностей какчикеля, помимо порядка слов и эргативно-абсолютивного строя, можно выделить редупликацию (способ словообразования через повторение слова).

Помимо государственных школ в Гватемале, курсы изучения какчикельского есть как минимум в двух университетах США. Вообще, коренные языки Мезоамерики по сравнению с другими зонами Северной и Южной Америки довольно хорошо сохранились и изучены: существует, например, четыре грамматики какчикельского, последняя из которых выпущена в 1997 году. Эта база позволяет исследовать язык экспериментально (составлять эксперименты для плохо изученных языков тоже можно, но это гораздо сложнее).

В ходе эксперимента, на материале которого создана задача, нейролингвисты исследовали локализацию двух видов синтаксических передвижений в головном мозге: объектного скрэмблинга (object scrambling) и топикализации (topicalization).

Объектный скрэмблинг (далее просто «скрэмблинг») — перемещение объекта на более высокую позицию в предложении. Скрэмблинг характерен для языков со свободным порядком слов: например, он возможен в русском («Мама мыла раму» → «Раму мама мыла») или в японском, но невозможен в английском.

Здесь и далее, говоря о перемещениях на более высокую позицию, мы пользуемся терминологией из генеративного синтаксиса. Речь идет о позиции в абстрактной синтаксической структуре предложения, которая считается «более высокой» с точки зрения представления на синтаксическом дереве (см. рис. 1). При таком перемещении базовые лексико-синтаксические зависимости между словами (знакомые нам по школьному синтаксису) сохраняются, но меняется их положение в иерархической структуре, и, как следствие, порядок слов в предложении.

Топикализация — тоже выдвижение члена предложения на более высокую позицию, как правило влево: таким образом, вынесенное слово оказывается в начале предложения. В отличие от скрэмблинга, топикализация связана с изменением информационной структуры предложения: вынесенный член становится «топиком», то есть информацией, которую слушатель уже получил из предыдущего контекста и о которой далее будет сказано что-то новое. В эксперименте из задачи примерами предложений с топикализацией были предложения с выдвижением подлежащего — таким образом, разные комбинации топикализации и скрэмблинга формировали все четыре возможных порядка слов (см. рис. 1):

Рис. 1. Синтаксическая структура предложений описываемого эксперимента (Ohta et al. 2017)

Предполагалось, что скрэмблинг связан преимущественно с синтаксической обработкой предложения, а эффекты топикализации проявляются на более поздних этапах — при фонологической обработке. С помощью нейролингвистического эксперимента ученые решили проверить эту гипотезу, изучив, чем отличается мозговая активность при скрэмблинге и топикализации.

В эксперименте участвовало 17 носителей какчикельского, которым предъявлялись уже знакомые вам по задаче картинки. Во время рассматривания картинки участники слышали грамматически верное предложение. Иногда эти предложения верно описывали ситуацию на рисунке, а иногда нет: например, использовано множественное число, хотя на рисунке был один человек, или же цвета людей в предложении и на рисунке не совпадали. Испытуемым необходимо было ответить, соответствует ли рисунок предложению, нажав на кнопку. Такие задания в лингвистических экспериментах нужны, чтобы «отвлекать» участников — для чистого результата они не должны догадываться о том, какое явление на самом деле интересует исследователей.

Мозговая активность регистрировалась с помощью метода функциональной магнитно-резонансной томографии (фМРТ, рис. 2): его действие основано на том, что, когда человек задействует определенные зоны мозга, к ним увеличивается приток крови. Сканируя разные слои мозга с помощью магнитного поля, можно установить, какие зоны мозга работают в данный момент. Нейролингвисты используют фМРТ, чтобы понять, в каких зонах мозга происходят процессы, связанные с порождением и восприятием речи, — по сравнению с ЭЭГ, этот метод позволяет добиться большей пространственной точности. Впоследствии локализация основных языковых функций мозга помогает выявлять различные нарушения речи и работать с ними.

Рис. 2. Аппарат фМРТ. Источник: Wikipedia Commons

После анализа результатов фМРТ для предложений, подходящих к картинкам, исследователи сделали следующие выводы (рис. 3):

1) Предложения со скрэмблингом вызвали повышенную мозговую активность в левой нижней лобной извилине, а также в латеральной премоторной коре. Эти области мозга считаются основными грамматическими центрами. То есть скрэмблинг представляет собой бульшую синтаксическую нагрузку.

2) Предложения без топикализации вызвали повышенную активность в области поперечных височных извилин и верхней височной извилины, что указывает на сложность фонологической обработки предложений без топикализации: если топик в предложении отсутствует, а на первом месте стоит глагол, то вся информация для слушающего воспринимается как новая.

Рис. 3. Результаты эксперимента (Ohta et al. 2017)

Таким образом, скрэмблинг и топикализация, несмотря на свое внешнее сходство, связаны с работой разных областей мозга. Исследование таких языков, как какчикельский, обладающих «необычным» порядком слов, помогает лучше изучить некоторые функции мозга, которые невозможно исследовать, например, на носителях английского.

Задача использовалась на 22-й Международной олимпиаде по лингвистике (Тайбэй, 2025). В послесловие включены материалы из авторской презентации решения.

Автор задачи — Дан-Мирча Миря
Авторы послесловия — Юлия Панченко, Дарья Кукшинова

Литература:

[1] Kiyama, S., Tamaoka, K., Kim, J., & Koizumi, M. (2013). Effect of animacy on word order processing in Kaqchikel Maya. Open Journal of Modern Linguistics, 3(3), 203–207.

[2] Yasunaga, D., Yano, M., Yasugi, Y., & Koizumi, M. (2015). Is the subject-before-object preference universal? An event-related potential study in the Kaqchikel Mayan language. Language, Cognition and Neuroscience, 30(9), 1209–1229.

[3] Koizumi, M., Takeshima, Y., Tachibana, R., Asaoka, R., Saito, G., Niikuni, K., & Gyoba, J. (2020). Cognitive loads and time courses related to word order preference in Kaqchikel sentence production: an NIRS and eye-tracking study. Language, Cognition and Neuroscience, 35(2), 137–150.

[4] Koizumi, M., & Kim, J. (2016). Greater left inferior frontal activation for SVO than VOS during sentence comprehension in Kaqchikel. Frontiers in psychology, 7, 1541.

[5] Ohta, S., Koizumi, M., & Sakai, K. L. (2017). Dissociating effects of scrambling and topicalization within the left frontal and temporal language areas: An fMRI study in Kaqchikel Maya. Frontiers in Psychology, 8, 748.