Древнекрылые мигранты

Эту стрекозу мы сфотографировали 3 сентября в окрестностях Волоколамска. Знакомый одонатолог из Новосибирска Олег Костерин ее определил как молодую самку Sympetrum fonscolombii (стрекоза Фонсколомба, или сжатобрюх Фонсколомба). Наш друг также попросил обязательно разместить это наблюдение на сайте iNaturalist, что мы и сделали.

Почему Sympetrum именно fonscolombii? У этой стрекозы двухцветные (коричнево-голубые) глаза (см. картинку дня Двойные глаза летающих насекомых); ярко-желтые жилки вдоль переднего края крыла, «окантованная» черным птеростигма и очень маленькие янтарные пятна в основаниях задних крыльев; черные ноги с узкими желтыми полосками.

Почему самка? Уникальная апоморфия всех стрекоз — вторичные гениталии самцов. Сперма накапливается, как и положено, в кончике брюшка, но затем переносится самцом во второй брюшной сегмент, откуда ее уже и забирает самка. Кончик брюшка самец использует не как половой орган, а как клещи, которыми он захватывает за шею самку, заставляя ее изогнуть свое брюшко и забрать сперму из вторичных гениталий партнера. В результате получается характерная для спаривающихся стрекоз сердцевидная фигура.

Изображений S. fonscolombii тут и так много, а спаривание много более художественно иллюстрируют равнокрылые стрекозы. Вот копулирующая пара нередкой у нас стрелки Coenagrion johanssoni (стрелка Йоханссона). Фото Олега Костерина

У нашей стрекозы второй сегмент брюшка снизу не утолщен (без признаков вторичного копулятивного аппарата), а кончик брюшка лишен самцовых «клещей». Верхние анальные придатки в виде «рожек» не в счет — они присутствуют у обоих полов. Вот поэтому она самка. Стоит отметить, что пол молодой фонсколомби не так уж легко определить по фотографии.

А кстати, почему молодая? Потому что имеет нежно-желтую окраску и свежие, совершенно непотрепанные крылья. Старая, прожившая долгую и трудную жизнь самка S. fonscolombii выглядит иначе: окраска становится желто-серой, крылья изрядно потрепаны в долгих полетах.

Пожившая самка S. fonscolombii. Фото Олега Костерина

Многие считают, что август — сезон отпусков, а сентябрь — бархатный сезон, но для биолога с конца июля начинается осень: птицы уже не поют, большинство насекомых отлетались, а цветов — отцвели. Осенью, в августе–сентябре, стрекозы рода Sympetrum очень обычны в средней полосе. Однако S. fonscolombii в средней полосе не живет, этот вид распространен в Юго-Западной Азии, а также в Северной Африке и на самом юге Европы. Среди специалистов-одонатологов нет согласия в том, где живут наиболее северные оседлые популяции S. fonscolombii: на севере Средиземноморья или на севере Причерноморья. Оседлыми считаются те популяции, в которых из яиц, отложенных самками осенью, весной выплаживаются молодые особи.

Тогда как же наша самочка оказалась под Волоколамском?

Дело в том, что S. fonscolombii — стрекоза с необычной жизненной стратегией: она мигрант. Иначе можно сказать, что это вид с модернизированным естественным отбором. Вместо традиционного истребления менее приспособленных в пользу самых успешных, эти стрекозы решают проблему перенаселения по Киплингу:

(«Бремя белых», перевод М. А. Фромана)

Каждый год молодые особи начинают разлетаться из Передней Азии по всей «фонсколомбьей ойкумене», на все четыре стороны. Летящие на север достигают в России Москвы и Новосибирска, в Европе долетают до Скандинавии и даже Исландии. Именно поэтому одонатологи спорят, являются ли многочисленные в Сочи S. fonscolombii аборигенами или прилетевшими из Багдада или Анталии мигрантами. Чтобы это выяснить, можно провести весну в Сочи, отловить S. fonscolombii и посмотреть, молодые ли особи, но тут возникают проблемы. Например, никто не изучал, как быстро молодая (то есть свежевыплодившаяся) стрекоза превращается в зрелую.

Нет, впрочем, и ответа на вопрос, с какой скоростью молодые стрекозы добираются до Сочи из условного Багдада. Можно было бы поймать молодых особей, пометить лаком для ногтей, а потом снова ловить-отпускать, изучая, как быстро явно молодая стрекоза превращается в явно немолодую. Есть и более доказательный способ: приехать в Сочи в марте–апреле, отловить по подходящим водоемам личинок стрекоз и найти среди них S. fonscolombii — специалисты утверждают, что личинки этого вида надежно отличаются от личинок других Sympetrum. Можно также пронаблюдать сам выплод S. fonscolombii, тогда оседлость популяции была бы однозначно доказана. Однако насекомых много, а энтомологов мало, поэтому вопрос с Сочи пока остается открытым.

Что касается Подмосковья, тут спорить не о чем: холода не оставляют стрекозиному потомству шанса на выживание, поэтому оседлые популяции здесь невозможны. Но наша находка молодой самки S. fonscolombii всё же имеет ценность. Она указывает на то, что мигранты с юга успели не только залететь в Волоколамск и отложить там яйца, но и вывести потомство — это явно новая и полезная информация. Поэтому выложить фото на iNaturalist действительно стоило. Учитывая, что в подавляющем большинстве стрекозы надежно определяются по фотографии, этот ресурс, питаемый многими любительскими фото, является важным источником информации о стрекозах для одонатологов.

Среди стрекоз есть и другие мигранты, самый знаменитый — Pantala flavescens (бродяжница рыжая). Эта стрекоза многочисленна в Южной Азии, но распространилась по теплому поясу всего земного шара, умудрившись залететь даже на остров Пасхи. Стаи P. flavescens зафиксированы летящими через океан из Индии в Африку. Весной тропическая P. flavescens ежегодно прилетает в Японию и на юг России — в первую очередь в Приморье и на Кавказ, но не только: некоторые особи долетают до широты Подмосковья и Новосибирска. На юге России они успевают вывести одно поколение, однако с приходом зимы погибают, а на следующий год история повторяется.

Стрекоза Pantala flavescens. Фото © Basile Morin с сайта en.wikipedia.org, Лаос, 16 августа 2017 года

Как и сжатобрюх Фонсколомба, P. flavescens относится к наиболее процветающему среди разнокрылых стрекоз семейству Libellulidae (настоящие стрекозы), но знатные мигранты есть и среди максимально филогенетически обособленной группы разнокрылых стрекоз — Aeshnidae (коромысла). Например, Anax ephippiger. Русское название этого вида — дозорщик-седлоносец — отражает окраску самцов: коричневые с восхитительно бирюзовым вторым сегментом брюшка. Впрочем, это тот редкий случай, когда лучшим является одно из английских названий: vagrant emperor — император-бродяга («бродяга» — понятно, а «император» — отсылка к одной из самых крупных и заметных европейских стрекоз, типовому виду рода дозорщиков Anax imperator). Родина Anax ephippiger — Африка и Передняя Азия, но вид регулярно преодолевает Атлантику, залетая на Карибы или в Бразилию. На север император-бродяга залетает в том числе и в Россию, вплоть до Ставрополья и Астраханской области.

Самец Anax ephippiger. Фото с сайта commons.wikimedia.org, ОАЭ, 11 января 2022 года

Возникает вопрос: почему именно стрекозы используют стратегию «пошлите лучших сыновей»? Похоже, ответ прост: не только некоторые стрекозы, но и некоторые бабочки (см. Бабочки монархи учились летать в Мексике, «Элементы», 09.10.2014) и многие птицы, то есть все, кто хорошо летает, поступают так. Некоторые птицы воспользовались своим полетом, чтобы выводить потомство среди изобилия северного лета и зимовать на юге, а некоторые не воспользовались и живут на голодном тропическом пайке всю жизнь. Многие перелетные птицы передают информацию о маршрутах перелетов не генетически, а от родителей потомкам, точно так же, как люди учатся разговаривать. Если связь поколений обрывается, то молодые птицы не знают, куда лететь, как это случилось с уцелевшей на Евфрате у турецкого городка Биреджик колонией лысых ибисов. У стрекоз потомки не застают своих родителей живыми, они могут только разлетаться наугад во все стороны. Можно, однако, предположить, что стрекозы освоили миграции первыми, когда птеродактилей, бабочек или птиц еще в проекте у эволюции не было (см. статью Куда и зачем летят стрекозы?).

Стоит ли лететь куда попало, чтобы утонуть в Индийском океане или замерзнуть в Волоколамске? Похоже, стоит. В 2021 году мы сфотографировали самца S. fonscolombii в Намибии, в окрестностях Виндхука, в любимом ими сухом (хоть в январе там был ярко выраженный сезон дождей) и безморозном ландшафте. Статус S. fonscolombii неизвестен для Сочи, тем более он неизвестен для Намибии, но, кажется, вид освоил субсахарскую Африку, особенно ее юг, первым и единственным из рода Sympetrum, родиной которого, вероятно, является восток Азии.

Самец S. fonscolombii, окрестности Виндхука. Фото Никиты Вихрева

Какова судьба нашей волоколамской самочки? Если осталась или полетела в Исландию, то увы. А если полетела в Сочи, то, возможно, и смогла продолжить род.

Фото Марии Янбулат.

Никита Вихрев, Мария Янбулат