Карандашные пометки биолога на полях книги Джареда Даймонда «Ружья, микробы и сталь. Судьбы человеческих обществ»

Кирилл Еськов
«Троицкий вариант» №11(55), 8 июня 2010 года

Джаред Даймонд. Фото с сайта ru.wikipedia.org
Джаред Даймонд. Фото с сайта ru.wikipedia.org

Когда ученый вторгается в чужую для себя область науки, он рискует стать посмешищем для тамошних специалистов (как это произошло, например, с некоторыми вполне уважаемыми в профессиональном сообществе математиками, решившими «улучшить» историческую хронологию). Есть, однако, и удачные примеры таких вторжений, например метеоролог и физик атмосферы Альфред Вегенер (Alfred Lothar Wegener) — создатель теории дрейфа материков, произведший революцию в исторической геологии. Иногда наблюдательный «чужак» подмечает те странности, на которые давным-давно «замылился глаз» у «аборигенов». Именно это произошло и с Джаредом Даймондом (Jared Diamond) — орнитологом, сотрудником Эрнста Майра (Ernst Walter Mayr), одного из отцов-основателей СТЭ (синтетической теории эволюции). Даймонд провел многие годы в зоологических экспедициях на Новой Гвинее и островах Пацифики, где обратился к истории первобытных обществ.

Даймонд начинает книгу с изложения своего давнего диалога с папуасским вождем-реформатором Яли, получившим европейское образование; тот озадачил своего молодого белого приятеля простым вроде бы вопросом: «Отчего у вас, белых, столько разнообразного карго, а мои чернокожие братья, хоть наизнанку вывернись, живут в нищете, хворости и невежестве? Что мы делаем/делали не так?» Или, в чуть другой модальности: отчего в процессе начавшейся с 1492 г. европейской экспансии при любых столкновениях европейцев с народами/цивилизациями обеих Америк, Африки к югу от Сахары и Австралии с Океанией вопрос возникал лишь о числе раундов до нокаута?

Иначе говоря, где там все-таки разруха — «в сортирах или в головах»? Что, у аборигенов Америки, Африки и Австралии руки растут не из того места? Или же, напротив, народы Евразии «родились с серебряной ложечкой во рту» в смысле неких ландшафтно-климатических, доставшихся им на халяву бонусов? Ну, а поскольку по нынешним политкорректным временам любая попытка указать на различия между «цивилизованными» и «отсталыми» народами (не антропологические даже, упаси бог, а чисто социокультурные!) однозначно трактуется как «расизм», это нежданно-негаданно сделало респектабельным давно, казалось бы, похороненный историками географический детерминизм. И неудивительно, что взгляды создавшего новейший вариант этого самого географического детерминизма Даймонда — естествоиспытателя, профессионально разбирающегося в вопросах биогеографии и биологической эволюции, стали весьма популярны, а книга его удостоилась Пулитцеровской премии и сделалась мировым бестселлером.

Суть концепции Даймонда в двух словах такова. Поворотным пунктом в истории человечества стал произошедший в послеледниковую эпоху переход к производству продовольствия (в привычных нам терминах — «переход от присваивающего хозяйства к производящему»), сиречь от охоты/собирательства к скотоводству/земледелию. Племя, располагающее избытком продовольствия, обретает возможность содержать некоторое количество «нахлебников», непосредственно не связанных с добыванием пищи, — сперва профессиональных воинов, а затем управленцев, ремесленников и проч. На множестве примеров из истории межплеменных конфликтов, главным образом в Пацифике (этот раздел книги Даймонда мне лично показался наиболее интересным), автор убедительно демонстрирует, что охотники/собиратели не имеют ни малейшего шанса победить в столкновении с соседями, обзаведшимися уже такого рода «профессиональной армией»; ну а дальше, когда «сытые» обзаводятся еще и централизованным управлением (позволяющим концентрировать ресурсы на стратегически важных направлениях), ремесленниками-изобретателями и т. п., положение первых становится совершенно уже безнадежным.

Англоязычное издание книги Джареда Даймонда и его русский перевод (М.: АСТ, 2009). Изображение: «Троицкий вариант»
Англоязычное издание книги Джареда Даймонда и его русский перевод (М.: АСТ, 2009). Изображение: «Троицкий вариант»

Важно, что появление означенного излишка продовольствия создает в системе множество положительных обратных связей — «автокаталитических петель» (например, связанный с переходом к земледелию переход к оседлости позволяет женщине рожать без длительных перерывов, что для кочевых собирателей в принципе невозможно из-за проблем с транспортировкой младенцев; это создает избыток населения, который в свой черед создает еще больший излишек продовольствия, который ... ну, и т. д.). При этом Даймонд не забывает опровергать некоторые глубоко укоренившиеся стереотипы (вроде того, что «жизнь земледельца/скотовода более сытая и легкая, чем у охотника/собирателя»: ничего подобного, выигрыш земледельца, во всяком случае поначалу, не в количестве пищи, а лишь в стабильности ее источника). Как бы то ни было, в силу упомянутых положительных обратных связей разрыв между «сытыми-многочисленными-технологически развитыми» и «голодными-малочисленными-отсталыми» с течением времени только увеличивается: «Кто не успел — тот опоздал». Так что ключевым вопросом здесь становится то, кому какие карты пришли при первой раздаче.

Дело в том, что виды животных и растений, потенциально пригодные для доместикации (а их не так уж много), распределены по планете весьма неравномерно, и в некоторых крупных регионах их может не оказаться вовсе (и реально не оказывается). Кроме того, в силу различной конфигурации материков и фрагментирующих их преград (горы, пустыни, непроходимые джунгли) населяющие их племена/народы имеют очень разные возможности для того, чтобы обмениваться с соседями технологическими достижениями, начиная с одомашненных животных и растений (это знает всякий, кто играл в «Цивилизацию» Сида Мейера). Подобная ситуация порождает еще одну — и как бы не самую важную — «автокаталитическую петлю».

Вот вам Евразия (в широком смысле): большинство наших домашних животных и растений происходят из окрестностей Плодородного полумесяца в Передней Азии (корова-лошадь-овца-коза; ячмень-овес-обе пшеницы) либо из Китая (свинья-курица; рис-просо), плюс кое-что добавили вторичные центры — Индия, Египет, Абиссиния и т. п. Материк ориентирован широтно и не разделен непреодолимыми преградами, так что доместикаты и сельхозтехнологии беспрепятственно мигрируют по нему из конца в конец вдоль по ландшафтно-климатическим зонам, формируя «единое сельскохозяйственное пространство» от Японии до Ирландии. Доводы Даймонда тут вполне убедительны: популяционно-генетическая структура американских культурных растений (фасоли, перцев) показывает, что их виды выводили из диких предков в разных местах континента параллельно и независимо, тогда как в Евразии все окультуривания были однократными: в повторных попытках уже не было нужды.

Иное дело — Африка («Африка к югу от Сахары», в смысле): она изолирована от основных евразийских «центров производства продовольствия» той самой Сахарой, а юг ее — еще и сплошной полосой малопригодных для хозяйства (да и вообще для нормальной жизни) экваториальных лесов. Местная же мегафауна, при ее кажущемся разнообразии, оказалась непригодной для одомашнивания; Даймонд формулирует на сей счет свой «принцип Анны Карениной» (парафраз от «все несчастные семьи несчастны по-своему»): для одомашнивания животное должно обладать целым набором параметров, и «незачет» хотя бы по одному из них делает бесполезными все остальные его достоинства (например: гепард прекрасно приручается и являет собой великолепное охотничье животное, но все трехтысячелетние попытки его разведения в неволе оказались тщетными; зебры, напротив, отлично размножаются в неволе, но злобны до полной неприручаемости; слоны размножаются настолько медленно, что проще их отлавливать в природе и индивидуально приручать; и т. п.). Итоговый вывод Даймонда: всё, что не одомашнено на сегодняшний день, — неодомашниваемо в принципе (по тем или иным причинам). Что же касается Америк (обеих), то там и одомашнивать-то фактически некого: всю подходящую мегафауну там истребили еще первые охотники из культуры Кловис — вот и пришлось им, бедолагам, довольствоваться потом недорезанными ламами да морскими свинками... Ну, а в Австралии и того-то не было. Такая вот печаль.

...Надо заметить, что биолога, ориентирующегося в зоогеографии, должны исходно насторожить некоторые географические построения Даймонда — ну, например, вышеприведенные его рассуждения об Африке. Вообще-то Афротропическая область изолирована от Голарктической ничуть не сильнее, чем Ориентальная (и объединяется с ними в составе Арктогеи). Сахара на протяжении большей части ее истории никакой пустыней не была (это не Атакама с Намибом и даже не Гоби) и серьезной преградой, соответственно, ни для чего не являлась: фрески Тассилии и крокодилы, обитавшие в речках нагорья Тибести еще в начале XX века, тому подтверждение. В любом случае, пустыня та прорезана не только степпинг-стоунами облесенных в недавнем прошлом нагорий (цепь Дафур — Эннеду — Тибести — Ахаггар), но и сквозным «коридором» долины Нила; дальше же к югу начинается Абиссинское нагорье и тянущиеся далеко за экватор меридионально ориентированные горы Восточной Африки, являющиеся таким же «коридором» сквозь зону влажных тропических лесов (именно этим путем многочисленные средиземноморские фаунистические элементы достигают Южной Африки).

То же относится и к Новому Свету. Обе Америки прорезаны ровно поперек широтных климатических зон Кордильерами и Андами с их полнопрофильной вертикальной зональностью; таким образом, животные и растения имеют возможность «просачиваться» сквозь чуждую им климатическую зону, меняя высотный пояс. Здесь есть свои ограничения (например, длина светового дня для растений), но то, что такие миграции реально происходили, можно видеть хотя бы из современных биполярных дизъюнктивных ареалов таксонов низшего ранга (Северная Америка — крайний юг Южной)... Возвращаясь к «производству продовольствия»: никаким особым изолятом «Африка к югу от Сахары» в действительности не является; с учетом наличия вторичного Абиссинского центра доместикации, встроиться в «Единую Евразию» этим территориям было ничуть не сложнее, чем Индии, и намного проще, чем тропической Юго-Восточной Азии; но вот Азия — да, а Африка — нет.

Что же касается одомашнивания, то тут Даймонд пишет иной раз удивительные вещи — вроде того, что гепард якобы не размножается в неволе, а антилопа канна не приручается, и даже описывает препятствующие этому физиологические механизмы. Описания те подробны и были бы весьма убедительны, если бы не одно «но»: фермы, на которых разводят канн, получая от них мясо и молоко, реально существуют (в том числе в заповеднике Аскания-Нова), а детенышей «неразмножающегося в неволе» гепарда уже много лет может видеть въяве и вживе любой посетитель Московского зоопарка. И проблема тут, похоже, лежит в совершенно иной плоскости, чем это представляется Даймонду: собственно, зачем вообще нужно такое домашнее животное, как гепард? Что полезного он может дать человеку в обмен на несколько килограммов ежедневно съедаемого мяса? В общем-то ничего сверх того, что может собака... Именно поэтому охотничьи гепарды (равно как ловчие сокола) проходят по разряду «барской придури», а те мизерные их количества, на которые есть потребность, по-любому легче отлавливать в природе и приручать, чем заводить отдельный технологический цикл по одомашниванию.

Даймондовский «принцип Анны Карениной» (сам по себе вполне правильный) необходимо дополнить... ну, назовем его так: «принципом советского автопрома». То очевидное обстоятельство, что подержанные «форды» и «тойоты» «выносят» «волги» с «жигулями» в тот самый миг, как открывается граница, не должно заслонять от нас тот факт, что советский автопром десятилетиями, пусть и со скрипом, но обеспечивал потребности страны в автомобильном транспорте. Или, скажем, воспетая в куваевской «Территории» добыча оловянной руды на заполярной Чукотке: совершеннейшая бессмыслица для страны, нормально встроенной в мировую экономику (где есть Малайя и Боливия с их неисчерпаемыми запасами олова), но насущная необходимость для страны «осажденной крепости». Применительно к нашей проблеме: целый ряд животных, судя по всему, не был одомашнен не потому, что этого сделать нельзя, а потому, что уже имелся в наличии аналог, лучший по качеству; но вот если выбирать не из чего — тут уже начинается совсем другой разговор.

И если мы начнем разбирать ситуацию с цивилизациями Нового Света, без «принципа советского автопрома» никак не обойтись.

Интереснее всего протестировать концепцию Даймонда на любимом им самим материале противопоставления Евразии и доколумбовой Америки, где всё же возникли, хоть и с большим запозданием, большие технологически развитые империи. Автор полагает, что исходный дефицит в Новом Свете крупносеменных злаков (только кукуруза, заметно уступающая пшенице по содержанию белка) и особенно пригодных для одомашнивания животных (список их исчерпывается ламой, морской свинкой, индейкой и мускусной уткой, плюс собаки, разводимые ацтеками на мясо) крайне замедлил рост численности населения; дело тут не только в дефиците мяса и молока как таковом, а в отсутствии вьючных и тягловых животных, исключающем пахоту, транспортировку грузов и проч., что в свою очередь тормозит развитие сельхозтехнологий. Кроме того, три основных ареала тамошних городских цивилизаций — Анды, Мезоамерика и долина Миссисипи — изолированы друг от друга непроходимыми малярийными джунглями Панамского перешейка и пустынями Северной Мексики соответственно, что исключало межцивилизационный технологический обмен. Ну и итог: Писарро с тремя сотнями головорезов рушит, как карточный домик, великую империю инков, поскольку имеет за плечами управляемое «письменной» бюрократией государство с металлургическими и мореходными технологиями. Довершают дело болезнетворные микроорганизмы, почерпнутые некогда европейцами от домашнего скота; сами-то они за тысячелетия коэволюции к тем болезням более или менее адаптировались, а вот индейцев (как позже жителей Пацифики) те выкашивают напрочь. Но началось всё — еще раз! — с того, что индейцам 15 тыс. лет назад, при заселении континента, недодали местных животных и растений с соответствующими ТТХ...

На самом деле американская ситуация выглядит не столь плачевно. По основным группам сельскохозяйственных растений (бахчевые, бобовые, масличные, волокнистые) наблюдается примерный паритет с Евразией, а американский дефицит по зерновым вполне искупается тамошним преимуществом по клубневым и корнеплодам (картофель и тропические батат с маниоком). Если приплюсовать сюда потрясающую мезоамериканскую агротехнику (например, «плавучие огороды»-чинампы, дающие по 6 урожаев год), а также кишащие рыбой и морепродуктами воды Перуанского апвеллинга (считается, что первые южноамериканские сложные общества с монументальной архитектурой середины III тысячелетия до н.э. возникли как раз на основе высокоразвитого рыболовства) — все не так уж страшно... Кстати, любопытно: про возможность снимать в тропиках, в том числе в Америке, по нескольку урожаев в год географический детерминист (так?..) Даймонд умудряется не упомянуть в своей 700-страничной книге строго ни разу! Так что теории теориями, а по факту-то Ацтекская империя с ее многомиллионным населением (от 5–6 до 12–15, по разным оценкам) была одним из самых густонаселенных государств, а четвертьмиллионный Теночтитлан — одним из крупнейших городов тогдашнего мира...

Ситуация с домашними животными в Новом Свете и вправду смотрится намного хуже Евразийской, однако набор потенциально пригодных для доместикации видов всё же не исчерпывается ламой, морской свинкой, индейкой и мускусной уткой.

Карибу. На территории Евразии северный олень был одомашнен как минимум трижды, независимо: в Лапландии, на Чукотке и в горах Восточной Сибири; оленеводство составляет основу жизненного уклада многих настоящих скотоводческих культур, а у народов северо-востока Сибири (юкагиров и чукчей) оленей использовали в войнах: нарты с возницей и стрелком представляли собой точный аналог боевых колесниц. Есть точка зрения, будто северный олень — это еще не настоящее домашнее животное, а так, полуфабрикат, мало чем отличающийся от дикого предка. Сторонники этой точки зрения, похоже, в глаза не видали эвенкского ездового учага: он едва ли не вдвое крупнее дикого оленя и ходит под седлом (а не только в запряжке). Как домашнее животное олень уж никак не уступает по ценности ламе. А вот ни единой попытки одомашнить карибу по ту сторону Берингова пролива, на Американском континенте, так и не предпринято.

Лось. Вот тут — «принцип советского автопрома» в чистом виде. Одомашнить лося — задача сложная, но точно выполнимая: петроглифы из Фенноскандии изображают лосей как под седлом, так и в запряжке. До селекции дело не дошло, ибо в регионе появились лошади с коровами, и домашние лоси разделили судьбу отечественных автомобилей во Владивостоке. В новейшие времена было несколько попыток доместикации (в Скандинавии и СССР); эксперименты те неизменно демонстрировали принципиальную выполнимость поставленной задачи и неизменно прекращались ввиду ее полной экономической бессмысленности. Однако к ситуации в доисторической Америке (где ни лошадей, ни коров нет и не предвидится) эти ограничения никак не относятся; но — нет, так и не попытались.

Ошейниковый пекари (<i>Pecari tajacu</i>). Фото Adrian Pingstone с сайта «Википедия»
Ошейниковый пекари (Pecari tajacu). Фото Adrian Pingstone с сайта «Википедия»

Овцебык. Стадное копытное, не слишком крупное (200–250 кг), молодняк приручается без проблем. Эксперименты по доместикации начались в 50-е годы, вполне успешны: фермы в Канаде и Норвегии высокорентабельны (основной продукт — тончайшая шерсть, хотя и мясо весьма хвалят). Нет ни малейших сомнений в том, что, не окажись овцебык эндемиком Северной Америки (в Азии он вымер в доисторические времена) и попади он своевременно в руки селекционеров Старого Света, это копытное давным-давно уже стало бы обычным домашним животным с устоявшимися породами.

Бизоны. Степной бизон (как и наш зубр) вроде бы считается неприручаемым; относительно более мелкого канадского лесного бизона есть сомнения. На сторонний взгляд, более опасным зверем, чем азиатский як, лесной бизон не кажется; так что, за неимением выбора, можно было бы и поэкспериментировать с телятами...

Пекари. Мелкая свинья, ведущая стадный образ жизни. Отлично размножается в неволе, но обладает скверным характером и достаточно опасна (для своих размеров). Тем не менее, найти управу на зверушку полуметрового роста, разводимую на мясо (это ведь не верховая зебра, с которой всаднику предстоит вести долгую совместную жизнь) — задача явно не запредельной сложности. Почему пекари не одомашнивают сейчас — вполне очевидно: мясо его сильно уступает по качеству свинине (т. е. «принцип советского автопрома» в чистом виде); а вот почему пекари не заинтересовал индейцев — загадка.

Центральноамериканский тапир (<i>Tapirus bairdi</i>). Фото с сайта «Википедия»
Центральноамериканский тапир (Tapirus bairdi). Фото с сайта «Википедия»

Тапиры (3 вида). Киплинговский слоненок с недохоботом списан явно с них. Легко приручается, без проблем размножается в неволе. Продолжительная беременность (13 месяцев) делает их малоперспективными как источник мяса, но как вьючное и тягловое животное — почему бы и нет? Уж никак не хуже ламы...

Кавиоморфные грызуны. Самая большая для меня лично загадка, почему на роль тамошнего «кролика» индейцы из всего разнообразия тамошних кавиоморфов выбрали наименее подходящих для этого кавий (морских свинок). Чем им не угодила, к примеру, водосвинка капибара (метр длины, полста кило веса, чудесный характер — бегает за приручившим ее человеком как собачка, без проблем размножается в неволе)? Или хутия, размером почти с бобра (вымерших ныне еще более крупных антильских хутий, похоже, разводили-таки тамошние индейцы). Что одомашнивать кавиоморфов, склонных к жизни группами со стайной организацией, достаточно просто, показывает пример выведенных в культуру буквально за считанные годы шиншилл и нутрий. А ведь крупных кавиоморфов в Америке множество...

Капибара. Фото с сайта «Википедия»
Капибара. Фото с сайта «Википедия»

Упомянем для порядка страусов-нанду (вряд ли одомашнить их принципиально сложнее, чем без проблем разводимых на фермах африканских страусов), многочисленных гусеобразных (помимо мускусной утки) и перейдем к промежуточному резюме: Даймонд несколько сгущает краски, реальный набор кандидатов на одомашнивание в Америке был не столь уж мал, и по сравнению с Евразией это, как в известном анекдоте, — «да, ужас, но не ужас-ужас-ужас!». А если оценивать перспективы «производства продовольствия» в целом, сплюсовав животных (потенциальных и актуальных) с растениями, — то не такой уж и ужас...

Так что же выходит — в действительности при той «первой раздаче» аборигенам Нового Света карты пришли если и похуже, чем евразийцам, то совсем ненамного?.. Не совсем так. Я ведь вполне сознательно говорю всё время о «Евразии» и «двух Америках» как о чем-то едином; но для Евразии такое единство (обеспечиваемое межрегиональными обменами) было актуальным, а для «двух Америк» — сугубо потенциальным! Ну, вот не сложилась в Новом Свете практика межрегиональных обменов, и картофель с ламами так и не попали в Мезоамерику, а мезоамериканская аквакультура — на Титикаку Рискну предположить, что, если б ирокезам или чероки и удалось одомашнить лося, ольмекам — пекари, а майя — тапира, эти достижения почти наверняка так и не вышли бы за границы соответствующих регионов; да и с местными лошадьми (если бы они каким-то образом избежали истребления охотниками Кловис), надо думать, была бы та же картина. В том-то и дело, что на палеолитических (!) стоянках Среднерусской возвышенности регулярно находят ракушки-каури из Южных морей, а кремневое сырье (сырье! — не изделия), как выясняется, регулярно таскали для дальнейшей обработки через пол-Европы, т. е. тогдашний Старый Свет был реально глобализован; а вот в Новом Свете — насколько можно понять — ничего похожего не наблюдается...

Почему? Ну, это вопрос уже не к биологам и географам, а к историкам... Предположение Даймонда, будто фатальную роль тут сыграла непроходимость джунглей Панамского перешейка и пустынь северной Мексики, явно «воды не держит»: в Старом Свете сплошные джунгли от Южного Китая до Ассама и Тибет с Гоби почему-то никаким миграциям и контактам не мешали... Более того, конфигурация континентов Нового Света такова, что, казалось бы, достаточно индейцам освоить толком одну-единственную технологию — мореплавание (да не дальние плаванья, как у их современников-полинезийцев, а сугубый каботаж), как транспортная связность Америк станет несравненно выше, чем у Евразии: водный-то транспорт всяко лучше наземного... Ан нет: и мореплавание вроде бы имелось, и до Малых Антил доплывали, и артефакты мезоамериканского происхождения на те Антилы попадали, а результатов (по части «новосветской глобализации») всё равно — почти никаких; и может, дело-то скорее в этом, чем в недоборе по части аборигенных копытных?

Одна из глав книги Даймонда названа «Яблони или индейцы» (с парафразом в другом месте «Зебры или африканцы»): здесь автор, рассуждая о причинах дефицита или даже отсутствия собственных доместикатов в Новом Свете и в Африке, связывает их исключительно (не преимущественно — подчеркиваю! — а исключительно) с особенностями тамошней фауны и флоры... Мне же, признаюсь, было бы очень любопытно почитать аналогичным образом построенную главу «Индейцы или железки»; ну, где автор попытался бы — с тех же позиций — объяснить, почему с металлургией в Новом Свете дело обстояло ничуть не лучше, чем с доместикацией: инки дошли-таки до ранней бронзы (благо у них медь с оловом буквально валялись под ногами), Мезоамерика не продвинулась дальше меди, железом вообще нигде и не пахло. Особенно поражает в этом плане мезоамериканская ситуация: обработку меди здесь открывали несколько раз (тараско, миштеки), но никаких реальных последствий для региона это не имело, и все главные тамошние государства (ольмеков, майя, ацтеков) так и остались неметаллургическими (самородные металлы не в счет) — притом, что уж ацтеки-то должны были оценить медные топоры тарасков, от коих они потерпели единственное в своей доиспанской истории стратегическое поражение... Ну, и чем это объяснить «по Даймонду» — что всяческих руд обоим континентам злонамеренно недодали? химический состав их оказался не тот? или температура их плавления за 30-м меридианом возрастает до недостижимости?

Железоплавильня готтентотов нама. Рисунок XVIII века (из книги Пауля Вернера Ланге «Континент коротких теней», М.: «Прогресс», 1990)
Железоплавильня готтентотов нама. Рисунок XVIII века (из книги Пауля Вернера Ланге «Континент коротких теней», М.: «Прогресс», 1990)

Кстати, если кому сравнения доколумбовой Америки с Европой покажутся оскорбительно неполиткорректными, пускай сравнит с Черной Африкой: там почему-то нормальная металлургия возникала повсеместно и автохтонно. Слово самому Даймонду: «Каким образом в субэкваториальной Африке в начале I тысячелетия до н.э. появилась железная металлургия, ученым до сих пор не ясно. Время ее появления здесь подозрительно совпадает со временем освоения ближневосточных металлургических технологий в Карфагене, на северном побережье Африки. Ввиду этого совпадения историки полагают, что умение выплавлять железо проникло туда с севера. С другой стороны, медная металлургия, которая существовала в западных частях Сахары и Сахеля как минимум с 2000 г. до н.э. вполне могла быть предшественником независимого африканского открытия железной металлургии. Как подтверждение этой гипотезы можно рассматривать тот факт, что плавильные методы кузнецов субэкваториальной Африки существенно отличались от методов кузнецов Средиземноморья: африканцы придумали, как достигать высоких температур в своих деревенских плавильных печах и изготавливать сталь, на две с лишним тысячи лет раньше, чем в Европе и Америке появились первые бессемеровские печи». В итоге в Африке железо умели выплавлять даже готтентоты, а древнее Зимбабве экспортировало железо и медь в Индию (и это опять — о реальной глобализации Старого Света), а несопоставимо более развитые империи Нового Света так и застряли по этой части на уровне Африки начала II тысячелетия до н.э. Почему?..

Вот это, собственно, и есть главная претензия, которую следует предъявить Даймонду. Исходная идея автора (что неолитический переход к производящему хозяйству есть автокаталитический процесс, критически зависимый от исходного набора потенциальных доместикатов) кажется вполне здравой. Автор, однако, на этом не останавливается и пытается доказать, что тот набор доместикатов предопределяет весь дальнейший ход исторического процесса, как пишут в Интернете, «чуть более, чем полностью». Ну, вроде как прежде у нас вся история «чуть более, чем полностью», сводилась к «производительным силам и производственным отношениям»... При том, что и «производительные силы с производственными отношениями», и «исходный набор потенциальных доместикатов» — штука чрезвычайно важная, кто бы спорил.


18
Показать комментарии (18)
Свернуть комментарии (18)

  • hongma  | 18.07.2010 | 09:25 Ответить
    Кстати, сомнение вызывает и тезис о какой-то особой свирепости одних кандидатов на одомашнивание и особой ласковости близких им видов.
    Дикий предок домашнего быка тур у шумеров считался одним из самых страшных зверей - в одном ряду с драконами-сиррухами. Про всех диких лошадей можно сказать,что характер у них не сахар - почему тарпан /о котором современники также писали мало доброго/-оказался лучше? И при сравнении пекари с ДИКИМ кабаном последний не выглядит особо кротким и послушным. Похоже, во всех почти случаях одомашнивание требовало длительного изменения характера и поведения животного.
    Кстати, про капибар: сейчас они успешно одомашнены и разводятся в довольно больших масштабах. Почему это не сделали бразильские индейцы?
    Один из ответов - одомашнивание требовало определенной подготовителной работы - или растениеводства или примера успешных соседей. Второй вариант,вероятно, - это северный олень у чукчей.
    Ответить
  • uri-p  | 18.07.2010 | 14:17 Ответить
    Возможно Даймонд постеснялся упомянуть недостаточное генетическое разнообразие самих американцев?
    Ответить
  • Academon  | 18.07.2010 | 14:53 Ответить
    Гитлер сыграл злую шутку с историей - теперь даже очевидные факты генетических различий между людьми игнорируются, фанатично игнорируются - на чём Даймонды делают много денег)))

    По Северной Америке прошлась эпидемия сифилиса - индейские первобытные племена это остатки тех, кто смог выжить... Но возбудителя они носили в себе всю жизнь (благополучно заразив Колумба и Ко).
    А сифилис даже у устойчивых людей при носительстве очень меняет интеллект.
    Ацтеки и прочие центрально- и южноамериканцы - я не спец, сказать не могу, но без привлечение знаний о индивидуальных и массовых различиях народов никакого научного объяснения технологической косности древних индейцев дать нельзя.
    Что касается Африки - тут один из немногих моментов где Даймон прав. Все технологии доступные человечеству в последние 3 тысячи лет имели мало смысла в условиях джунглей - даже земледелие превращалось в непрерывное корчевание джунглей, собирательство было более выгодным.

    Автору статьи - респект, очень грамотно написана :-)
    Ответить
  • baruh  | 20.07.2010 | 10:28 Ответить
    Спасибо Еськову за комментарий! Было очень познавательно.
    Ответить
  • Kostja  | 23.07.2010 | 00:52 Ответить
    Приручение людей - путь к прогрессу?
    Ответить
  • dudenkov  | 06.08.2010 | 21:59 Ответить
    Таким образом, основным козырем - и столь же основным недостатком - книги Джареда Даймонда является ограничение спектра рассматриваемых начальных условий реальной, то есть жизненной игры "Цивилизация" только материальными условиями. В действительности, меметический фактор не так уж и редко в истории человечества переставал играть отведенную ему вспомогательную роль и начинал играть главную благодаря появлению заразных аберраций сознания - меметических (психических) вирусов. Есть основания предполагать, что большая часть отмеченных Вами нелогичностей имеют в конечном счете меметическое происхождение. Для обоснования своего предположения, приведу несколько примеров, когда влияние противоречащего элементарной практической логике меметического фактора на материальную культуру конкретного этноса или государства оказалось решающим, причем почти всегда или почти во всех аспектах - резко негативным.
    1. В эллинистическом мире уже 2000 лет назад применялись шестеренчатые арифмометры, позже напрочь забытые. А именно, поднятый лет 100 с затонувшего древнегреческого корабля насквозь проржавевший "механизм Антикиферы", назначение которого недавно было установлено с помощью трехмерного ЯМР, оказался навигационным прибором, пригодным для определения географических координат места по положениям различных небесных тел в зависимости от времени дня и года (что позволяло ориентироваться и в открытом море, и в пустыне, и в джунглях) с делениями шкал, соответствовавших единицам измерений, имевших наибольшее хождения в тогдашнем Средиземноморье. Греки и карфагеняне неоднократно совершали плавания вокруг Африки и до появления такой техники - простым каботажем, с ней же уже можно было и в Америку плыть. Тем не менее, эта передовая александрийская техника почему-то не заинтересовала римлян - как и оборонительные машины Архимеда, и многое такое, о чем до нас не дошло никаких сведений из-за уничтожения Александрийской и других библиотек, в основном параноиками самых вирулентных меметических инфекций - христианства и ислама.
    2. На территории и во время, примерно соответствовавшим Парфянскому царству (т.е. Ближний Восток первых веков нашей эры), для каких-то целей (скорее всего, в основном для золочения и серебрения сосудов) применялись электрические батареи постоянного тока. Сосуды непонятного назначения с металлическими частями внутри регулярно обнаруживались при раскопках в этом регионе, и со временем исчезли всякие сомнения в их целевом назначении.
    3. Имеются некоторые исторические сведения, что инки, захватив власть над соседними племенными государствами в Андах, уничтожили существовавшие у них письмена на хлопчатобумажной ткани (до нас не дошедшие) и заменили своим более примитивным узелковым письмом кипу. Известны и другие случаи, когда узурпаторы и завоеватели вместо заимствования сохраненных письменной традицией полезных знаний и технологий предпочитали уничтожение этих письмен и (или) самих живых носителей этих знаний и технологий. Бывали случаи, когда для текстов, признававшихся практически полезными или политически безобидными, делалось исключение - их разрешалось сохранить (как объединителем Китая тираном Цинь-ши-Хуан-ди было разрешено сохранить книги по медицине, гаданию, астрологии, сельскому хозяйству и т.п., а всё остальное - что касалось истории предшествовавших китайских государств, поэзии, ранних конфуцианских трактатов и многого того, о чём мы уже ничего не знаем, было уничтожено). Но обычно завоеватели были настолько примитивны, что не были способны что-то понять и усвоить в доставшихся им кладовых информации, и предпочитали не утруждать себя тяжким трудом отделения полезного от вредного, практически неосуществимым без предоставления важных функций неблагонадежным представителям покоренных, а просто уничтожать всё ( как один из чтимых и современными мусульманами "праведных халифов" повелел сжечь Александрийскую библиотеку, что было в точности исполнено). Ещё пример: во времена, когда сила почитания племенных богов (а следовательно, и благосостояние жрецов, и авторитет вождей, признающих тех же богов) во многом определялась силой эстетического транса верующих под впечатлением от красоты идолов, храмов и обрядов, их изобразительного правдоподобия, их величавости, их несоизмеримости с чем-либо виденным ранее или в других местах (с использованием тех же рычагов воздействия на сознание, что позже стали столь успешно использовать театр, кино и шоу-бизнес), древние евреи - тогда ещё примитивные кочевники-агрессоры, очевидно, решили, что поскольку тем, чьи боги авторитетнее, рано или поздно достается власть, а идолов и храмов, сопоставимых по величию с идолами и храмами завоёванных земледельцев, они сами своими руками пастухов и мясников делать не умеют, то для упрочения своей власти удобнее всего физически уничтожать храмы и идолов завоёванных племён, а заодно и самих завоёванных, поклоняющихся этим богам и потому в силу осознания себя чем-то отличным от завоевателей при случае способных на восстание. Аналогично вели себя и жители враждующих городов-государств древнего Китая - население завоеванных соседних городов они вырезали, и от завёзших в Китай колесницы и прирученных лошадей индоевропейских племен, материально и генетически родственных современным западноевропейским культурам, к нынешнему времени там уже ничего не осталось - последних вырезали во времена смут, наступивших после смерти Цинь-ши-хуан-ди и свержения недолгой династии гуннских агрессоров (хорошо сохранившиеся мумии этих людей со светлыми волосами и полосатыми юбками кельтского типа, с характерной для северно-индоевропейских культур керамикой и колесницами нередко находят археологи в безводных пустынях Синьцзяна - останки заблудившихся в песках караванов). Интересно, что подобная тенденция прослеживается и у "культурных варваров" нового времени - художников, у которых руки "не из того места растут" и потому они не умеют нарисовать человека так, чтобы он сам себя узнал (что было воспроизводимым критерием полезности художника в классическую эпоху аристократического искусства), но благодаря соучастникам, называющим себя искусствоведами и берущих на себя роль торговцев, провозглашающих фактическую мазню порой детсадовского, а то и ясельного уровня, абстракционизмом или ещё каким-нибудь модным "измом", вокруг которого при помощи СМИ несложно надуть баснословный финансовый пузырь. В музыке и театре проявляются те же тенденции дегенерации и упрощения - "атональная музыка" и авангардистский джаз прекрасно обходятся без гармонии (и потому не требуют от "музыкантов" наличия музыкального слуха), рэп и верлибр обходятся без рифмы, "современные" театральные постановки - без исторической достоверности реквизита и поведения актеров, и т.д. Настоящее же искусство при этом объявляется старомодным, отжившим своё и т.п.
    4. Слоговые письмена сапотеков и майя более чем за тысячелетие их хождения так и не были заимствованы ближайшими соседями, предпочитавшими (как миштеки и ацтеки) изощряться в сложной пиктографии. Аналогично, развитая письменность древних греков классического периода не была заимствована хорошо описанными в трудах древнегреческих историков "варварами" Причерноморья - сарматами, скифами, меотами и др. Сами же греки не менее чем два раза заново изобретали и напрочь забывали письменность (как и жившие в Греции иноязычные народы - родственные позднейшим этрускам пеласги и др., письмена которых еще не расшифрованы). Есть и особый специфический пример той же закономерности - китайцы не спешат заменять своё иероглифическое письмо слоговым, несмотря на бесспорно несопоставимую степень трудоёмкости его освоения. Правда, в этом находятся некоторые очень специфические плюсы: при восприятии иероглифов работают совсем другие области мозга - не те, что при восприятии обычного письма (что позволило в США внедрить способ обучения детей с некоторыми дефектами мозга, ранее признававшихся необучаемыми чтению и письму), кроме того, иероглифы привязаны не к словам конкретных языков, а к смысловым понятиям, что позволяет в Китае пользоваться одними и теми же иероглифами людям, говорящим на разных языках, даже из разных языковых семей.
    Ответить
    • petrovich > dudenkov | 12.02.2011 | 14:21 Ответить
      Интересный комментарий, но у меня возникли некоторые вопросы по его прочтении.

      1. Цитата:

      "Но обычно завоеватели были настолько примитивны, что не были способны что-то понять и усвоить в доставшихся им кладовых информации, и предпочитали не утруждать себя тяжким трудом отделения полезного от вредного, практически неосуществимым без предоставления важных функций неблагонадежным представителям покоренных, а просто уничтожать всё ( как один из чтимых и современными мусульманами "праведных халифов" повелел сжечь Александрийскую библиотеку, что было в точности исполнено)."

      Здесь есть два момента. Сначала по факту: точных сведений о том кто, когда и сколько чего сжёг в самой Александрийской библиотеке нет. В частности, про данный конкретный эпизод всё в той же Википедии читаем (по В.О. Большаков, "История Халифата" Т.2)

      "Специалисты хорошо знают, что это всего лишь благочестивая легенда, приписывающая Умару «добродетельный» поступок — уничтожение книг, противоречащих Корану, но в популярной литературе эта легенда иногда преподносится как исторический факт. Однако ни Иоанн Никиуский, немало сообщающий о погромах и грабежах во время арабского завоевания, ни какой-либо другой христианский историк, враждебный исламу, не упоминает пожара библиотеки."

      Если уж хотите привести пример реального религиозного фундаментализма, то лучше уж говорите об уничтожении библиотеки Хакама II в Кордове, по размеру по количеству томов если не опережавшей, то по крайней мере мало уступавшей Александрийской. Вот там действительно: одни мусульмане сжигали книги, собранные со всего света другими мусульманами, причём произошло всё быстро и за один раз. Впрочем, жгли не завоеватели, а "понаехавшие".

      Что касается того, что "обычно завоеватели были настолько примитивны", то обычно было как раз таки наоборот. Все завоеватели Китая - те же гунны или монголы - быстро окитавиались, науатль не был родным языком ацтеков, шумерский язык продолжал быть языком культуры в Междуречье вплоть до I века нашей эры, а официальным языком империи Ахеменидов был всё-таки аккадский. Если говорить о завоевании Римской империи варварами, то тут отчасти да: "кАнкретные пацаны" лангобарды, к примеру, баньку любили, но на то, что термы без акведуков работать не станут, а акведуки нужно иногда чинить, как-то не обращали внимания. Но "да" лишь отчасти: при тех же вандалах в Карфагене цвела культура и поэзия - замечу, поэзия на латыни. Впрочем, в последнем ничего удивительного нет: обычно уже третье поколение завоевателей своего германского языка не помнило: спросите армянского ребёнка в Москве или молодого турка во Франкфурте, знают ли они свой родной язык?

      Я, впрочем, не оправдываю завоевателей. Всё таки, быть завоёванным - перспектива не самая радужная. Но есть факты, против которых не пойдёшь.

      2. Цитата:

      "Слоговые письмена сапотеков и майя более чем за тысячелетие их хождения так и не были заимствованы ближайшими соседями, предпочитавшими (как миштеки и ацтеки) изощряться в сложной пиктографии."

      Не знаю, что уж там было у сапотеков, но письменность майя не совсем слоговая - она слогово-иероглифическая. Притом, количество иероглифов настолько велико, а правила их компоновки и чтения настолько неочевидны, что древние китайцы со своими всего лишь несколькими сотнями иероглифических ключей отдыхают. Одно лишь слово "ягуар" - "балам", можно записать по крайней мере 5 разными способами. Не всякий носитель языка в состоянии был легко освоить этот шрифт, не говоря уж о тех, кто говорил на языках другой семьи. Так что, будь я, к примеру, ацтеком, мне, думаю, было бы проще продолжать изощряться в пиктографии. Так хоть, более-менее, всё прочесть можно: нарисовал голову оцелота на холме - знамо дело, город "Оцелотепек". Кроме того, некоторые символы всё-таки использовались ацтеками и для слогового письма, подробности можно посмотреть по этому адресу: http://ancientscripts.com/aztec.html .

      3. Цитата:

      "Сами же греки не менее чем два раза заново изобретали и напрочь забывали письменность."

      Я бы, наверное, разграничил такие понятия как "изобретение" и "заимствование/переработка". К примеру, шумеры изобрели письменность, семиты-аккадцы позаимствовали её, переработав под свой язык, а затем идоверопейцы хетты и персы точно так же поступили с аккадской. Ещё про чероки можно сказать, что Секвойя изобрёл шрифт, но вот про греков - вряд ли.

      Так вот, если быть более точным, то греки не изобретали своей письменности ни разу. Линейное письмо В, насколько мне известно, является переработкой линейного письма А, адаптированной, причём довольно плохо адаптированной, для передачи наречия завоевателей. Критяне же, открывшие письмо А, не то что греками - индоевропейцами-то скорее всего не были, как те же упомянутые Вами пеласги, киликийцы, этруски и т.д.. Опять таки, насколько мне известно, на Крите наблюдается культурная преемственность древнекритской и минойской культур: после появления письма В дворцы ещё несколько столетий выполняли свои прежние административные функции.

      Письмо В действительно было забыто, да и не так много народу им когда-либо владело. Что касается современного греческого алфавита - ну, все знают, что он был позаиствован у финикийцев, причём весьма удачно: из семитской силлабики греки сделали алфавит, приняв некоторые согласные звуки за гласные.

      Если же Вам известна ещё какая-нибудь письменность, изобретённая, а затем забытая, причём именно греками, то я очень заинтригован.

      4. Согласен начёт "китаицы" - есть свои минусы, но есть и безусловные плюсы, которые их во многом перекрывают. В этом отношении сам Даймонд, как мне кажется, перегибает палку, объявляя алфавитное письмо безусловно превосходящим иероглифическое. На мой взгляд, современный английский, где, как говорит древняя шутка, пишется "Манчестер", а читается "Ливерпуль", не сильно пострадал бы от замены корней иероглифами.

      5. Во многом совпадает моё мнение и по поводу современной культуры. Недавно в Германии была театральная постановка, называвшаяся "Ist das Kunst oder kann das weg?" - "Это Искусство, или можно выкинуть?". Саму постановку не видел, но название намекает. Другое дело - тот же Пикассо рисовать реалистично умел, но не хотел. Впрочем, это не оправдание для тех, кто не умеет и не хочет (вроде Вашего покорного слуги).

      Вообще ситуация странная. В последнее время качество художественной фотографии часто определяется дороговизной аппарата, которым она была сделана - по крайней мере, мне так говорили знакомые фотографы. Подобно этому, ценность картины, насколько мне видится, зачастую определяется наличием у автора диплома о высшем художественном образовании. Одно и то же произведение окажется "мазнёй", если не представить диплома, и "творческим видением", если человек всё-таки может нарисовать настоящий портрет/пейзаж/натюрморт.

      Особенно обидно, когда модернистские статуи помещают рядом с веричными скульптурами (так, Кёльнский собор, при всей своей красоте, при ближайшем рассмотрении являет собой плачевный пример такого эклектизма), или рэп накладывается на "Плач Ярославны".

      С другой стороны, не совсем понятно: искусство австралийских аборигенов или канадских индейцев явно не дотягивает до Рембрандта и Веласкеса. Значит ли это, что современные стилизации не являются искусством?

      7. Ну вот, как-то так. Хотя к Даймонду, боюсь, мой пост имеет мало отношения.

      Искренне Ваш
      Ответить
  • xronik  | 09.08.2010 | 14:58 Ответить
    превосходная статья, детальный, отлично обоснованный фактами разгром! и конечно хороший литературный стиль.
    Ответить
  • wormball  | 04.09.2010 | 00:06 Ответить
    Я так понимаю, что автор хочет сказать, что корень зла в том, что у американцев в силу некоторых причин оказались не прокачаны навыки "дипломатия" и "обучаемость". Но тогда возникает вопрос - каковы эти причины? Также непонятно, почему Африка оказалась в одном ряду с Америкой, коли в древности она была глобализована?
    Ответить
  • Агния  | 04.09.2010 | 01:04 Ответить
    Прекрасно изложенный разгромный комментарий. Не оторваться.
    Но резюме самого комментатора о причинах отставания - нет. И это - очень жаль.
    Ответить
  • Ded  | 09.09.2010 | 20:01 Ответить
    Великий пращур наш, "первый российский университет" Михайло Васильевич Ломоносов, писал: "Натура тем паче всего удивительна, что в простоте своей многохитростна, и от немногих причин многие следствия полагает".
    История человечества не менее "натуры" 'удивительна тем, что' пустяковые, казалось бы 'причины' за собой глобальные "следствия полагают". Особенно это проявляется в сообществах государственных масштабов, с их мощным исполнительным механизмом приведения в действие воли (блажи) сатрапа. Какая дурь была в голове очередного китайского императора, повелевшего уничтожить величайшую для своего времени - Средневековья - морскую Великую Армаду? Не видать бы европейским первопроходцам своей доли в Индийском океане и всей Юго-Восточной Азии. Приснилась (по легенде, но что очень правдоподобно) Тамерлану богиня-защитница русских, и снял он свою осаду с Москвы. Приснилась очередная кукуруза советскому императору, и стал Крым украинским. Другому - еще нечто, и нет Советского Союза.
    Но и в замечательной публикации К.Еськова, и в интереснейших комментариях Дуденкова (dudenkov) и Academon очень политкорректно чуть затронута другая деликатная тема - как (и почему) настроен по-разному органчик, который носят на плечах люди разных популяций: что и латентное носительство возбудителя сифилиса, и ментальное инфицирование некоторой идеологией/религией может лишить человеческий "разум" доступного "даже готтентотам": творческой любознательности, что ли. Не говоря уж о всём том, что ("спасибо Гитлеру") немедленно и безоговорочно трактуется как расизм.
    Ответить
  • Компилятор  | 10.09.2010 | 13:04 Ответить
    Нашёл весьма интересные возражения Еськову на форуме, посвященном реальной и альтернативной историй (fai.org.ru):

    (Еськов пишет: относительно более мелкого канадского лесного бизона – есть сомнения.)
    "Увы, но дело обстоит прямо наоборот:
    Особенности строения и мехового покрова лесного бизона - Bison bison athabascae:
    Уменьшенная голова, темная челка из свисающих прядей надо лбом, рога обычно выступают над челкой
    Высшая точка горба впереди передних ног, жидкая борода и рудиментарная грива горла, невыраженная меховая пелерина, шерсть обычно темнее, чем у равнинного бизона
    Крупнее и тяжелее чем равнинный бизон (в пределах одного возраста и пола)."

    О растительных культурах:
    "...Но скромно опущена такая деталь как трудоемкость возделывания. Злаки стали основой земледелия не только оттого, что питательны, но и малотрудоемки в возделывании (кроме, может быть, риса и то не всегда, суходольные сорта уже таких трудозатрат не требуют). Корнеплоды же, кроме всего, имеют колоссальную проблему с длительным хранением и практически полным отсутствием белка, что вынуждает дополнять их животной пищей (мясом, рыбой или молоком).
    В этом плане размен пшеницы на картошку не равноценен. На хлебе и воде жить можно, на воде и картошке - нет."

    (Еськов пишет : настоящий хлеб (даже ржаной) на крестьянский стол попадал весьма эпизодически)
    "Перегибаем... И очень сильно. Можно литературу почитать на худой конец."

    (Еськов пишет: овцебык)
    "Ну не смешно. Он в тайге от жары дохнет... Кто его в тундре в раннем неолите одомашнивать будет?"

    (Еськов пишет: Пекари. Мелкая свинья, ведущая стадный образ жизни.)
    "Не свинья это ни разу. Просто похожа немного. Это сугубо ночное и не всеядное как свинья животное. И действительно с отвратительным характером и большими клыками..."

    (Еськов пишет: Продолжительная беременность (13 месяцев) делает его малоперспективным как источник мяса, но как вьючное и тягловое животное – пуркуа бы не па?)
    " Пуркуа он очень разборчив в питании. Ну не жрет он траву и сено, фрукты ему подавай и отборные мягкие листочки... Такую тушу с собственного стола кормить - проще уж соседа нанять тяжести таскать."

    (Еськов пишет: а вот в Новом Свете – насколько можно понять – ничего похожего не наблюдается, там все так и сидели по своим берлогам, не выпуская из рук бейсбольной биты…)

    "Да ничего подобного. Там тоже мексиканские импорты на Великих Озерах находятся и ракушки из Атлантики в Центральной Канаде...

    В общем Даймонд возможно и действительно местами притягивает, но матчасть он в целом знает лучше критика..."

    Еськов пишет: карибу.

    "Он даже в Евразии был одомашнен очень поздно (явно позже, чем лама в Америке). И опять же - тайга и тундра. Можете назвать в Евразии древние культуры развившиеся самостоятельно и без внешнего влияния в таежно-тундровой зоне?

    Вообще очень показательно, что любой перебор потенциальных кандидатов на одомашнивание уводит нас на крайний север - овцебыки, олени... Не возникает там присваивающее хозяйство. В тропиках и субтропиках надо искать, а не на Лабрадоре."

    Про лосей:

    "При наблюдениях за свободно перемещающимися лосями сразу обращает
    на себя внимание полицикличность их активности. У взрослых животных в
    сутки отмечено от 5 до 9 циклов активности, включающих переходы, пастьбу,
    жвачку и сон (у лосят, как правило, циклов активности больше).
    ...
    Вероятнее всего, полицикличность связана с отсутствием у лося, как и у
    большинства оленьих, желчного пузыря: лось вынужден кормиться
    «непрерывно», иначе его желудочно-кишечный тракт начинает разрушаться.
    ...
    На основе сведений, приводимых Саблиной (1973),
    Тимофеевой (1974) или Филоновым (1983), можно составить идеальный
    гипотетический рацион (в килограммах на день), при котором лось будет себя
    прекрасно чувствовать.
    Таблица 1. Условный рацион лося при содержании в неволе, в килограммах.
    Ива 12
    Осина 10
    Сосна 8
    Можжевельник 4
    Берёза 3
    Рябина 2
    Прочие веточные корма 1 (из максимально возможного
    количество видов деревьев и кустарников)
    Травянистые корма 20 (зимой – осиновая кора, в морозы
    добавляется сено, желательно клеверное)
    Молотый овёс 1,5 (из расчета по сухому веществу) –
    подкормка-приманка
    Соль (мин. смесь-лизунец) 0,08
    При этом для расчёта массы доставляемых веточных кормов необходимо
    пользоваться коэффициентами, связывающими съедаемую массу и полную
    массу в зависимости от диаметра веток у основания (Clauss et.al, 2003-1).
    Однако заготовка и доставка веток и коры в город обходится дорого,
    особенно если учесть, что корм должен быть не подсохшим и чистым. Из
    загрязнений наиболее опасен песок, вызывающий ускоренный износ зубов.
    Попытки заменить веточный корм более удобными в доставке и приготовлении
    и даже более охотно поедаемыми лосями овсянкой, свёклой, картофелем,
    хлебом и т.д., а летом – травой - приводили только к поносу и истощению
    организма. Такие «слабительные» корма вполне могут быть частью рациона, но
    при этом надо тщательно следить за состоянием животных. По опыту
    содержания лосей на биостанции Лосиного острова, в зимний период веточный
    корм и кору частично могут заменить стандартные сушёные веники,
    аналогичные заготавливаемым во многих охотхозяйствах для подкормки
    оленей. Две взрослые лосихи, которые летом редко приходят на биостанцию,
    зимой добровольно остаются в загонах, где и питаются, выходя на волю лишь
    изредка и на короткое время.
    ...
    Содержание лося в неволе – дело трудное и дорогое, требующее
    повышенного внимания и трудозатрат. "

    "Летом 5—6 периодов кормежки чередуются с периодами покоя. Однако днем, в жару, они чаще отдыхают, при этом любят заходить в прохладные места, где меньше гнуса, в чащу хвойного молодняка, густые кустарники, в болота, на берега рек и озер. Они любят лежать на отмелях или в воде на мелководье, иногда заходят в воду по шею. Напротив, ночью они большую часть времени кормятся.
    ...
    В седле лось может нести 80—120 кг, а запряженный в сани — до 400 кг. Правда, летом лоси могут использоваться только в ночное время, ибо очень страдают и даже погибают днем во время работы от перегрева. Зимой лосей можно использовать на работе и днем. Они действительно незаменимы при таежном бездорожье, в заболоченных, захламленных лесах, а также в весеннюю распутицу. Таким образом, лосеферма показала полную возможность приручения и воспитания этого животного. Однако разведение лосей в широких масштабах встречает затруднения, так как на малых площадях невозможно прокормить большое количество животных, требующих очень много древесно-кустарниковых кормов."

    "Животное не может работать в дневное время летом, не переносит жаркого и сухого климата, вынуждено постоянно кормиться чтобы не погибнуть от желудочных проблем, крайне привередливо в подборе корма... Можно наконец считать вопрос об их одомашнивании закрытым?"

    "На длинные дистанции заставляют.
    Лошади, ослы, верблюды, северные олени - животные открытых пространств, вынужденные проделывать большие и регулярные переходы (и перебеги) в поисках воды и пищи. Все они отличаются экстраординарной для диких животных выносливостью (кроме них еще бизоны, вилороги, гну и некоторые другие антилопы...)
    Лоси - животные болотно-лесные. Они способны неделями оставаться на одной поляне объедая ветки (чем широко пользуются охотники). Необходимости долго бегать по ровному месту у них нет. Живя в лесу они приспособлены не к длительному бегу, как лошади, а к короткому спринту по сильнопересеченной местности (и тут они лошадь превосходят). Именно это и обуславливает их пониженную выносливость. Вас же не удивляет, что кошка выдыхается, пробежав несколько десятков метров, а собака может бежать километрами..."

    Так же можно добавить с биологического форума sivatherium.borda.ru:

    «…А два - что насчёт тапира - то рекомендую почитать Дж. Даррела. У него в зоопарке были тапиры, и он довольно подробно местами описывает их трудныйй характер и слабую приспособность к домашнему труду. Ведь тапир - это в чём-то носорог, хотя и похож на слонёнка, а носорога одамашнивать ещё никто и не пытался (понятно почему)…»

    «…Такое чувство, что Кирилл решил разгромить книгу Даймонда во что бы то ни стало, не учитывая собственной...э-э-э... некомпетентности в этом вопросе (даже в поведении и экологии современных животных он разбирается слабо). И это очень обидно, ведь Еськов чрезвычайно популярен в среде технической интеллигенции и любителей фантастики, и его статья может скомпрометировать замечательную и разумную книгу Даймонда…»

    «…И ещё одна вещь: Еськов критикует положение Даймонда о "непроходимости" лесов Мезоамерики, указывая на джунгли Юго-восточной Азии. Однако забывает, что в Индокитае, в отличие от Центр. Америки, множество крупных рек, могущих служить артериями (тот же Меконг). Тем не менее, восточнее Индии корова сменяется потомкам местных видов: буйволами, гаялами и бантенгами!...»

    Так что зря вы Деймонта ругайте !
    Ответить
    • athene-noctua > Компилятор | 15.09.2010 | 12:28 Ответить
      Соглашусь, создается впечатление, что Еськов читал Даймонда через страницу, да и мнение о книге сформировал еще до прочтения. Касательно "обязательного одомашнивания овцебыка евроазиатами" - так есть же ближайший родственник овцебыка - такин - но его не одомашнили, хотя и охотились.

      Кроме того, Еськов постоянно пытает навязать мысль, что Даймонд указывает на неспособность отдельных рас к развитию, хоть и между строк. Мне видится, что просто Еськов читает между строк именно то, что хочет увидеть.
      Ответить
      • homebody > athene-noctua | 14.10.2010 | 12:31 Ответить
        Нет, не то. Речь может идти о том, что сама по себе способность определенного человеческого сообщества воспринимать те или иные случайные открытия и превращать их в производительные силы является результатом некой эволюции. Утверждение достаточно тривиальное, если стоять на позиции, что всё в мире является результатом эволюции. Следовательно, каждое сообщество, идя своим историческим путем и взаимодействуя с другими сообществами и со средой обитания, должно было выработать указанный признак в разной степени и в разных формах. Несомненно, возможность какого-то конкретного открытия сильнейшим образом зависит от характеристик среды, в этом Даймонд прав. Но вот что с ним происходит дальше - зависит уже от (со-)общества. На что и обращает внимание Еськов.
        Рассуждая далее, можно обратить внимание на то, что эволюция человеческого сообщества - это не только эволюция существующих в нем ментальных, когнитивных конструкций. Эти конструкции должны оказывать влияние и на биологическую эволюцию человеческих особей, составляющих сообщество. Механизмов влияния великое множество: половой отбор, различные табу, жизненные условия, порожденные укладом и т.д. Можно предположить и обратное влияние, хотя этот вопрос требует изучения. Если таковое существует, то мы имеем дело с коэволюцией явлений, протекающих на разных уровнях организации. Интересная тема, кто-нибудь знает публикации, где эта идея обсуждается? Каковы закономерности подобных процессов в других типах систем? Можно было бы попробовать применить их к обсуждаемой теме.
        Ответить
        • athene-noctua > homebody | 14.10.2010 | 15:13 Ответить
          "Но вот что с ним происходит дальше - зависит уже от (со-)общества. На что и обращает внимание Еськов."
          На этот пункт постоянно обращает внимание и Даймонд, особенно если почитать не только "Ружья", но и "Коллапс". Характер взаимодействия с окружающей средой во многом зависит от характеристик сообщества людей. Именно поэтому в Японии леса сохранили, а на о. Пасхи вырубили, к примеру. Ну и ещё куча примеров. Даймонд ни в коей мере не снимает ответственности с общества, поэтому мне и странны претензии Еськова. Ну а разбор "неодомашненных видов" только лишний раз показывает, что прав-то как раз Даймонд.

          Что касается соотношения социальной и биологической эволюции, то мне кажется, что основная проблема здесь в разности скоростей. Социальная идёт гораздо быстрее. Хотя мысль, конечно, интересная.
          Ответить
  • lisek  | 16.09.2010 | 18:51 Ответить
    Кажется, одним из вопросов было, - почему африканцы живут в голоде и нищете, почти как животные, а европейцы посреди цивилизации. Думаю, вопрос решён с помощью компьютерной модели эволюции. Можно либо посмотреть приговор африканцам на экране жидкокристаллического монитора, где машина рисует карту развития цивилизации (где угодно, только не в Африке). Или просто посмотреть на климатическую карту мира.

    Если не вдаваться в подробности законов эволюции, в Африке жарко, следовательно, в Африке низок предельный уровень эволюции (низкий потолок развития). Это и есть причина голода и бедности африканцев, как и остальных атрибутов полуживотного существования.
    (alter.sinor.ru)
    Ответить
  • hongma  | 13.10.2010 | 21:25 Ответить
    Кстати, в Евразии было сделано 2 принципиальных открытия в области корраблестроения. Это лодка с балансиром/катамаран на Востоке и шпангоутное каркасное судно на Зпапде. Только эти 2 конструкции позволили освоить открытые океаны.
    Ответить
    • Zavr > hongma | 21.01.2014 | 22:48 Ответить
      "Только эти 2 конструкции позволили освоить открытые океаны."
      Тур Хейердал с вами не согласен ;)
      Ответить
Написать комментарий
Элементы

© 2005-2017 «Элементы»